Колетт постаралась незаметно выудить из сумочки телефон, но Леон был на шаг впереди: он грубо выхватил его из рук и бросил на заднее сидение. Чуть влажная ладонь вновь вернулась на колено.
– Кому собралась звонить? Любовнику? – презрительно выплюнул Леон.
– В полицию, – холодно процедила Колетт.
– А чьими картинами завалена твоя студия?
Колетт задохнулась от возмущения. Он был у нее дома?! Как? Когда?
– Это не дорога до дома, – заметила незнакомый пейзаж за окном Колетт, ощущая почти животный страх. Когда ее муж успел превратиться в такое чудовище? Был ли он таким всегда?
– Заедем в ресторан для начала. Нам нужно выпить и успокоиться.
– Ты же знаешь, что мне нельзя алкоголь.
– Брось, это тебя расслабит, – неприятно улыбнулся Леон.
«Боюсь, что даже слишком», – подумала Колетт и смахнула проступивший пот на лбу. Пальцы ее отчаянно дрожали. Силой бывшего мужа не одолеть, значит следовало действовать хитростью. Покинуть машину прямо сейчас не вариант, убежать тоже. Вся надежда была на ресторан. Колетт была уверена, что если кинется просить помощи у сотрудников заведения или посетителей, то Леон мастерски выставит ее душевнобольной. Язык у него всегда был хорошо подвешен. Следовало действовать осторожно, шанс был всего один. В голове вспыхнул план.
– Что ж, – Колетт старалась подавить дрожь в голосе, – может ты и прав. Я до чертиков устала жить одна. Вечно холодная постель. Может быть действительно получится договориться, обсудить нашу новую жизнь. У меня будут свои условия. И я хочу новое кольцо.
Наглая ложь. Колетт было противно от того, что ей приходится так неприкрыто врать, но необходимо усыпить бдительность мужчины. Тот хранил молчание, по мнению Колетт, целую вечность. Хоть бы он поверил…
– Вот это уже другой разговор, – усмехнулся Леон, довольный такой сговорчивостью. – Уверен, я найду аргументы, чтобы убедить тебя.
– Посмотрим, – выдавила улыбку Колетт, накрыв ладонью его руку на своем колене и внутренне содрогаясь от собственной изворотливости. В ней говорил лишь дикий ужас. – Раз уж мы едем выпить, позволь мне выбрать заведение самостоятельно? Я знаю один бар, говорят там отличные коктейли подают. Хотела сходить, но не с кем.
Леон внимательно посмотрел в ее сторону и благосклонно кивнул.
– Раз дама просит, кто я такой, чтобы отказывать?
Колетт едва сдержалась, чтобы не сбросить брезгливо его руку со своей ноги и не ударить наглеца по лицу. Она продиктовала адрес и постаралась расслабиться. Нужно было придумать дальнейший план действий.
Машина остановилась на небольшой парковке. Щелкнули разблокированные двери, путь свободен. Колетт едва сдерживалась, чтобы не выскочить наружу с криками, но парковка была безлюдна, она только бы все испортила.
– Ты уверена, что хочешь отдохнуть здесь? – Леон подался вперед и осматривал непримечательную дверь с надписью «Дым».
– Да, – согласилась Колетт, нервно постукивая пальцем по ноге. – Позволь мне сегодня этот каприз. Посидим недолго и поедем домой.
Прежде чем выйти, Леон качнулся к Колетт. Она в последний момент успела ненавязчиво отклониться, бывший муж оставил влажный поцелуй на ее щеке. Даже знакомый запах одеколона вызывал острую неприязнь.
– И телефон верни. Ты же знаешь, если Анна мне не дозвонится, то прибежит искать с собаками, – протянула руку Колетт, ожидая, что Леон вложит туда то, что выкинул.
– Твою дружбу с этой непутевой девицей мы тоже обсудим, – вздохнул Леон, но все же вернул телефон, который Колетт тут же опустила в сумочку.
Пара спустилась в зал, наполненный дымом и музыкой. Колетт краем глаза следила за Леоном, ему явно не понравилось это место. Только бы не заставил уйти! Мужчина не отпускал ее далеко: стоило Колетт шагнуть в сторону, как его ладонь тяжело опускалась на хрупкое плечо, останавливая.
– Мы ненадолго, сядем у барной стойки, – настоял он.
До телефона пока не добраться, Леон сразу же заметит. Колетт отчаянно искала глазами светлые взлохмаченные волосы. Ник сразу бы все понял, как только увидел бы их вместе! Он точно пришел бы на помощь! Сердце ухнуло в пропасть, когда она поняла, что Ника здесь нет. Инструменты скучали, группа сейчас не играла. Записанная музыка лилась из больших колонок. Надежда была только на себя. Колетт крепко задумалась, прикидывала, сумеет ли ускользнуть в уборную, а оттуда выбраться наружу. Так как это помещение подвального типа, вероятно, окон не было нигде. Это ловушка.