— Думаю, что довольно хорошо. Именно поэтому я к вам и обратился. Мне о многом хотелось бы с вами поговорить…
— Пришлите мне письмо с кратким описанием вашего проекта и тех целей, которые вы перед собой ставите. А еще — список писателей, которых вы хотели бы упомянуть в своей работе. Для меня это важно. Ну а потом посмотрим, что делать дальше.
Франклин чувствовал, как ему в спину впились взгляды Шеридана и трех фэбээровцев. Меланктон положила перед ним на стол листок бумаги, на котором написала: «Говорите с ним как можно меньше».
— Кстати, — продолжал Боз, — я вижу, что на конверте нет марки. Вы сами бросили в мой почтовый ящик это письмо?
— Э-э… да.
— Вы все еще здесь, в нашей долине?
— Нет.
— Зачем вы приезжали в Довингтон?
Франклин стал разглагольствовать о своем пристрастии к историческим ценностям, в частности к церквям Довингтона. К счастью, он быстро понял, что Боз легко может подловить его, и поспешил перевести разговор на другую тему: он, дескать, очень заинтересован творчеством Боза и во что бы то ни стало хочет осуществить свой «проект», если, конечно, Боз согласится ему помочь. Именно поэтому, пояснил Франклин, он набрался дерзости — или легкомыслия — и попросил его, Боза, о личной встрече. Можно сказать, даже на ней настаивал.
Меланктон в сердцах всплеснула руками и сердито посмотрела на Шеридана. Практика работы ФБР свидетельствовала, что подобный разговор ни к чему не приведет. Надвигалась катастрофа!
Однако после определенных колебаний Боз дал Франклину согласие на встречу на следующей неделе — у него дома. Получалось, в общем-то, что Фрэнк добился этой встречи с ошеломляющей легкостью.
Но когда разговор с Бозом закончился, на Франклина обрушились настоящие неприятности…
Во-первых, все, кто находился в комнате, заговорили с ним в один голос. Даже агенты О’Рурк и Колби. У него тут же вырвали из рук мобильный телефон, чтобы выяснить, откуда ему звонили. Как оказалось, звонок был сделан из телефонной будки, находящейся в вестибюле единственного в Довингтоне кинотеатра. Однако Франклин уже не обращал внимания на суетившихся вокруг него людей. Поначалу весьма довольный своим поступком, он очень быстро упал духом. Его вдруг охватило такое всепоглощающее чувство страха, что стало казаться, будто ему в виски вонзаются острые пробойники, которые вот-вот проткнут ему череп.
Во-вторых, на следующий день Айк Грэнвуд, руководивший деятельностью ФБР в северной части Соединенных Штатов, и шесть психологов из штата ФБР примчались из Вашингтона, чтобы подвергнуть Франклина целой серии тестов и допросов.
И наконец, все еще твердо намеренный поучаствовать в этой авантюре, но уже начинающий сомневаться в успехе собственной задумки, касающейся того, чтобы одурачить Боза, Франклин был поставлен перед необходимостью дать клятву о неразглашении информации, так или иначе относящейся к пресловутой операции «Последнее слово». Теперь-то ему стало понятно, каким образом ФБР сумело два месяца назад сохранить в тайне такое из ряда вон выходящее событие, как обнаружение двадцати четырех трупов на строящемся ответвлении автострады в Нью-Хэмпшире. Все, кто присутствовал там в ту ночь — санитары, врачи, сумевшие пробраться туда журналисты, пилоты вертолетов, медики-добровольцы, Милтон Рук, жители поселка Си-Ар-12, — были вынуждены дать аналогичную клятву в письменном виде. И все эти люди знали: если кто-нибудь из них хоть чуть-чуть проболтается, его тут же обвинят в совершении преступления, предусмотренного федеральным уголовным законодательством, и немедленно упрячут за решетку, причем без какого-либо судебного разбирательства. А о гражданских правах никто и не вспомнит. Сотрудники полиции штата Нью-Хэмпшир и шериф округа Мерримак, тоже вынужденные дать подобную клятву, получили право на передачу связанной с обнаружением трупов информации только по засекреченным служебным каналам. А наказание за излишнюю болтливость для них предусматривалось еще более строгое.
Поэтому все молчали как рыбы.
Так что жизнь молодого и цветущего Фрэнка Франклина, можно сказать, дала трещину, а его внутренний голос, в былые годы не раз уже предупреждавший его о той или иной опасности и удерживавший от опрометчивых поступков, теперь был заглушен интенсивной психологической обработкой. К тому же Франклин был всецело занят подготовкой к выполнению возложенной на него задачи.
Сидя в своем кабинете, Фрэнк открыл черную папку, переданную сотрудниками ФБР. Ему сейчас предстояло прочитать обо всем том, что он уже слышал о Бозе — его юности, взаимоотношениях с людьми, творчестве.