– Вот так, – проговорил тот же человек, опустив девушку обратно на диван. – Полежи пять минут.
– Спасибо, – ответила Мила, уже чувствуя, как боль понемногу, маленькими каплями отступает.
И только когда последние молоточки, убивавшие голову, стали стихать, девушка резко выпрямилась, смахивая волосы с лица, и широко распахнутыми глазами уставилась в комнату. Сердце тут же заколотилось как бешеное. От страха.
– Антон, – слетело с ее губ, когда их взгляды встретились.
Да, это был он, тот самый человек, который пытался забрать ее у Глеба. Тот самый человек, который едва не убил Маршала. И если бы не Василиск, пришедший им на выручку…
– Запомнила, – усмехнулся Бушмейстер. Наемник стоял рядом с письменным столом помещения, напоминавшего какой-то старый кабинет не совсем успешной конторы. – Да, это я.
– Что тебе от меня нужно? – нахмурившись, спросила девушка. Хоть она и смотрела в лицо врага, боковым зрением она пыталась увидеть что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. Только тут не было абсолютно ничего подходящего. А дверь, через которую можно было бы убежать, находилась как раз за спиной Антона.
– От тебя мне ничего не нужно, – безразлично пожал плечами Бушмейстер. – Я просто должен был доставить тебя сюда.
– А здесь что? – стук сердца начал отчетливо отдаваться в ушах. Интуиция подсказывала, что не может здесь быть ничего хорошего для нее. Да и говорили ей о том, что Антон опасен для нее. Только каким образом она тут вообще оказалась? Неужели Егор и остальные не смогли выстоять против наемника? Неужели?..
– А здесь мы будем дожидаться Захара с его людьми, – просто ответил Антон, вежливо улыбнувшись. Только в этой улыбке было больше яда, чем какой-то благожелательности.
Мила уже сообразила, что вряд ли она сможет отсюда выбраться сама. По крайней мере, сейчас ей сделать ничего не удастся. Остается надеяться, что Глеб уже все знает и спешит к ней на помощь. Она же только может… Действовать по обстоятельствам, учитывая, что она мало что понимает и мало что знает о том, что тут может произойти.
– Как я здесь оказалась? – лучше чем молчать, девушка решила попытаться вытянуть хоть немного информации, заговорив наемника. Не исключено, что он что-то, но скажет ей.
– Я привез.
– Это я понимаю, – протянула Мила. – Как тебе удалось забрать меня из того дома?
– Талант, – хмыкнул Антон.
– Ни один талант не обошел бы ту охрану, – заметила девушка. – Что там произошло? Что с Василиском и Вероникой?
Ей хотелось услышать хотя бы то, что Ника и Егор живы. Ей хватило бы этого, чтобы успокоиться хоть немного. Просто в голове почему-то не укладывалась такая возможность, как мирное расхождение этих троих.
Антон задумчиво покосился на Милу, затягивая напряженное молчание, которое само собой девушку не радовало и заставляло переживать сильнее. И наконец, когда она уже готова была снова заговорить, он ответил:
– Они проиграли.
Мир, может, и не рухнул, но трещины по нему пошли приличные. У Милы перехватило дыхание и в носу противно защипало. Однако она нашла в себе силы недоверчиво качнуть головой.
– Нет, – прошептала она, сжимая ладони в кулаки. – Этого не может быть.
– Ну почему же, – хмыкнул Бушмейстер. – Сама подумай, была бы ты здесь, если бы они не упустили тебя?
– Но ведь… Василиск… он же… тогда в переулке… И Ника… сержант… – Мила хваталась за воспоминания как за соломинки, которые могли помочь убедиться в том, что Антон врет. Ведь тогда Егор с легкостью отбил атаку Антона, спас ее и Глеба. Неужели сейчас он мог… проиграть? Девушка, как рыба, выброшенная на берег из реки, хватала ртом воздух. А перед глазами все мелькало улыбчивое лицо Егора.
И Ника. Она ведь тоже не простая девушка. Она же не просто так в КГБ состоит. Она же не могла так просто сдаться каким-то наемникам.
– Ты врешь! – выпалила Мила, не чувствуя как по щекам все-таки поползли дорожки слез. Не замечая, как трясутся руки. Девушка не верила ни единому слову этого мерзкого человека, стоявшего перед ней. Он просто хочет, чтобы она ни на что не надеялась. Хочет сломить ее веру в то, что ее могут спасти. – Они живы!
Бушмейстер лишь засмеялся на такую реакцию:
– Ты можешь думать, что тебе угодно, милая девочка, только факты говорят о том, что они проиграли, иначе тебя бы здесь просто не было.
– Господи, – Мила уткнулась носом в колени, пряча лицо в ладонях.
Егор и Ника мертвы?..
Снаружи внезапно раздался шум. Топот ног, а затем и голоса. Мила резко подняла голову, после чего дверь с грохотом распахнулась, и в нее стремительно вошел высокий худой человек с рыжей шевелюрой. За ним показались с десяток человек, одетых в одинаковые костюмы. А потом вошла одна единственная представительница слабого пола. Ее Мила узнала сразу же. Юля. А значит, этот рыжий ее брат. Захар Златов.