– Так что ты хотел сказать, Стас? – спросил Глеб, делая очередной глоток.
– Я считаю, что Милу нужно спрятать в более защищенное место, чем ее дом или квартира Василиска. По крайней мере, пока она в безопасности, мы сможем действовать уверенно, не беспокоясь о том, что с ней что-то может случиться, – ответил Привалов, прямо взглянув на брюнета.
Немного подумав, Маршал пришел к выводу, что абсолютно согласен со словами Стаса.
– Ну и что ты предлагаешь? Поселить ее в штабе КГБ? Вот уж на совесть защищенное место, – Маршал чуть наклонил голову, едва заметно улыбнувшись.
– Не сходи с ума, – с такой же сдержанной улыбкой отозвался Привалов. – Я тут подумал, что мой дом будет идеальным местом.
Маршал изумленными глазами вылупился на друга, едва не вылив кофе изо рта обратно в чашку.
– Ты предлагаешь поселить Милу в…
– Ага, – с довольной лыбой кивнул Стас. – В один из самых охраняемых особняков страны. Там уж точно никакой Антон не сможет ее достать.
Маршал быстро отошел от внезапного предложения и стал быстро оценивать данный вариант. И с каждой секундой улыбка парня становилась все шире. План переселения Милы в дом Привалова уже был готов в его голове.
– Ника, завтра понадобится твоя помощь, – Глеб повернулся лицом к девушке.
– Моя? – недоверчиво переспросила Сократова. Она думала, что Маршал и Стас ее вообще тут за человека не считают.
– Именно,– утвердительно кивнул парень. – Будешь опять играть роль ученицы.
Глава 36
Утро выдалось солнечным. И сумасшедшим. Мила даже не сказала бы, чего в нем было больше, солнца или сумасшествия. Просто она подорвалась на кровати под дикий крик своей матери, ворвавшейся в ее комнату как дикий ураган. Прижав к груди одеяло, девушка огромными глазами уставилась на женщину, порхавшую по ее комнате с какими-то вещами в руках. Через несколько секунд, когда мозг все-таки проснулся, Мила с удивлением поняла, что мама под радостные вопли, – а они оказались именно радостными, – закидывает ее одежду в чемодан. Лишь спустя еще несколько секунд девушка проснулась настолько, чтобы начать соображать, что за слова в этот момент произносила женщина.
– Боже! Милая моя девочка! Умничка! Я всегда знала, что с мозгами у тебя все в порядке! Знала, что ты у меня самая умная девочка на свете! Господи! Такая радость! – восхищалась женщина, вываливая из шкафа все больше и больше вещей.
Мила смотрела на нее не моргающим настороженным взглядом, не обратив внимания на приоткрывшийся от шока рот. Да, мама всегда умела шокировать. Ну или просто по-человечески вгонять людей в ступор своим поведением, что сделала и сейчас с собственной дочерью, сознание которой после напряженного прошлого вечера еще даже толком не пришло в себя. Хотя, может, оно было и к лучшему. По крайней мере, Мила, проснувшись, не стала загоняться по тому, что с ней произошло – на голову свалились эмоции мамы, вытесняя своей глобальностью все остальное из пространства.
В комнату вошел чем-то крайне довольный папа. Он был по своему обыкновению сдержан, но гордо улыбался, как сытый кот, слопавший самолично пойманную мышь. Окончательно сбитая с толку девушка, повернулась к отцу с вопросительным выражением на лице:
– Пап, что происходит? – осторожно полюбопытствовала Мила, с опаской косясь на чересчур энергичную мать. У нее девушка даже спрашивать ничего не хотела, справедливо беспокоясь о вменяемости реакции.
– Звонил директор твоей школы, – улыбаясь, ответил мужчина. – Мы все знаем.
– Знаем что? – неуверенно поинтересовалась Мила, понимая, что если бы они знали совсем уж все, то вряд ли бы были такими довольными. Осталось понять, что именно «все» они знают, и как это связано с ней.
– Ох, скромница моя! – рядом с кроватью возникла Анжела Михайловна, заключая дочь в крепкие объятия и награждая звонким поцелуем в щеку. – Да про олимпиаду, конечно же!
«ЛоЛЩито?» – промелькнула в голове Милы Интернетовская фразочка, которая как никакая другая сейчас подходила под ее состояние. На губах возникла дурацкая улыбочка. Какая еще олимпиада? Да Кредова в жизни в олимпиадах не участвовала. И как вообще школьное мероприятие связано с тем, что ее довольные родители собирают ее вещи в чемодан. Выгоняют, что ли?
– Послушайте, – заговорила Мила, совершенно ничего не понимая и желая все же как-то разобраться. – Там, наверно, что-то перепутали. Я не…
– Мииилкаааа! – в комнату влетела еще одна до безобразия шумная девица в зеленом летнем платьице и с копной ярко-рыжих волос на голове. – Ты представляешь, как нам фортануло!
– Ника, – просипела Мила, пытаясь выбраться из крепких объятий подруги, повисшей у нее на шее. – Я ничего не…