— А, старый знакомый! — казалось, что хранитель даже обрадовался, увидев Сенгура, — Вставай и давай продолжать дальше. Давно я так не веселился. Тебя, наверное, смущают крылья? Сенгур, пора закончить наш бой! — хранитель сложил их, и они скрылись под балахоном.
Оруна, закрыв глаза, что-то шептала в медальон, потом умолкла, кивнув Нике:
— Пора, пригвозди его копьём к камню.
Ника выскочила и, пока хранитель отвлёкся, поправляя своё одеяние, бросила в него копьё. Оно прошло сквозь него и с глухим ударом воткнулось в камень.
Хранитель опешил и выронил свой меч. Двумя руками он схватился за копье и стал пытаться его вытащить. Он хрипел и напрягался, но у него плохо получалось. Руки его шипели, и горели, будто он сунул их в раскалённую лаву.
«Прогура менеф калис фаррум!» — прокричала Оруна, подбежала к хранителю, который уже начал вытаскивать копьё из камня, и с силой воткнула ему на балахон свой медальон. Хранитель потерял сознание и бессильно свесился.
— Вытаскивай копьё!
— Ты его убила?
— Нет, только оглушила, но это не надолго, он очень скоро придёт в себя, так что нужно бежать.
Как только хранитель отключился, все четырнадцать умерших почувствовали, что ничто не мешает их движению и с радостными возгласами бросились в разные стороны. Только Ратик смотрел на свою жену и друзей, которые его спасли. Увидев, что все его невольные попутчики разбегаются, он бросился к жене и обнял её.
— Ника! Радость моя! Как вы здесь оказались?
— Ратик!
Сенгур поднялся и спрятал своё оружие. Оруна нервно смотрела по сторонам.
— Не хочу прерывать вас, — обратилась она к целующимся супругам, — но на это времени нет, нам нужно бежать и как можно быстрее. Хранитель скоро придёт в себя, и я уже ничего не смогу сделать.
— Куда бежать-то?
Оруна стала оглядываться по сторонам. Однообразный пейзаж был на много километров вокруг — только камни, безжизненная равнина. С одной стороны виднелась арена наказания, с другой — отвесная скала, у подножия которой был зал суда. Внезапно где-то правее зала суда мелькнул свет, не похожий ни на один огонь царства мёртвых. Это был свет звезды, вселяющий надежду в этом сумрачном мире.
— Туда! — воскликнула Оруна и ринулась бежать в сторону спасительной вспышки.
Все стремглав побежали за ней. Еле успевая, тяжело дыша, едва говоря слова, Сенгур спросил:
— А что там?
— Не знаю, но там свет! Значит нам туда.
Бег к этому манящему свету казался Ратику бесконечным. Ноги не слушались, были словно ватными. То и дело он спотыкался, падал. Сенгур и Наар его поднимали и тащили за собой.
— Вставай, ты же воин, или хочешь здесь остаться навечно? Будем возвращаться к жизни.
Никто не знал, что стало с остальными тринадцатью душами, которые шли вместе с Ратиком. Судя по всему, они стали заблудшими, и теперь на них будет организована охота, либо будут до конца мироздания блуждать по царству мёртвых.
Вскоре свет стал утихать, как бы погружаясь в глубину скал. Это была пещера, именно из неё сияла звезда надежды. Как только до пещеры оставалась где-то пару сотен метров, свет совсем угас, и вновь опустилась пелена мрака сумрачного мира. Путники остановились и тревожно вглядывались в сторону пещеры.
— Что-то мне это не нравится, — почти шёпотом сказал Наар.
— Мне тоже, но делать нечего, это единственное место, где мы можем временно спрятаться от хранителей, передохнуть и решить, как нам добираться до лабиринта времени.
Путники осторожно вошли вовнутрь, держа оружие наготове. Ника крепко сжимала своё копьё, Ратик шёл последним под прикрытием Сенгура и Нара.
— Откуда был свет?
— Быстрее заходите, не мешкайте! — раздался голос из темноты пещеры.
— Кто здесь? Назовись! — спросила Ника, покачивая копьём.
Из глубины пещеры вышла фигура в бордовой мантии с капюшоном, закрывавшей лицо, и с посохом в руках
— Вы вовремя, теперь я смогу вас защитить, — проговорил приятным басом незнакомец.
Зерзон отчаянно махал крыльями, направляясь к ореховому лесу. На спине сидел Мэлнон, придерживая тело Ратика. Все имеющиеся у мага травы и снадобья лишь остановили кровотечение. Рана, нанесённая мечом демона, оказалась слишком серьёзной, яд демонов уже разливался по безжизненному телу, грозя обратить его в прах. Мэлнон изо всех сил и знаний колдовал над Ратиком, пытаясь остановить и изгнать этот яд из тела. Но ему удавалось лишь временно сдерживать его наступление. Как только сила магии слабела, то яд чёрной змеёй проникал во все жилы дальше.