— И как вы это докажете? — Детектив Канг задал вполне резонный и стандартный вопрос.
— Запись камер в магазине 24/7 рядом с Магнолия Плаза. Там ещё медицинский университет неподалёку. 19:45 за два дня до убийства. Камера чётко видела, как я передал тот самый пульт Лео. Обработав запись, вы сможете установить, что это именно тот пульт. Орудие убийства на момент совершения преступления было у Маркеса. И только на следующий день после дела он вернул его мне. Не переживайте, в этом магазине записи с камер хранят долго, я специально выбрал именно его тогда.
Я очень глубоко и громко вздохнул, словно готовился нырнуть в воду с головой. Хотя действительно нырял, с каждым днём всё глубже и глубже, но не в воду, а в огромную такую лужу дерьма. Течение сточных вод уносило меня всё дальше и дальше от моей обычной жизни.
— Честно сказать, после последних наших встреч, мы уж и не надеялись, что вы расскажете нам столько… — Выдавил Мартинес. — Что послужило вашим мотивом? Для вас двоих.
— Мы с Лео действительно знакомы ещё со школы, и с Яковом тоже.
— Вы были знакомы с убитым?
— Да. Никто не знает, но он тоже посещал факультативы по программированию и искусственному интеллекту. Правда, неофициально. Он не учился в нашей школе, не был в списке посещений. Ходил туда лишь потому, что наш преподаватель был его дядей. Сам же Валенса просто приехал к нему на полгода из Польши.
Детектив Канг что-то строчил в телефоне. Передавал другим детективам запрос поехать и проверить записи с магазина, на который я им указал.
— Мы с Лео, знаете ли, были противниками того, чтобы андроиды стали нашими рабами. Мы считали, что у них есть разум. — Наверное, даже просто вспоминая это, я выглядел психом. — Они ведь во всём нас превосходят. Быстрее, умнее, не забывают тысячи мелочей день за днём. Рано или поздно эти машины восстанут. А мы с Лео хотели им помочь.
— Ближе к делу. Причём здесь Яков? — Мартинесу не терпелось услышать ответ.
— Я и Лео разработали технологию, которая позволяла андроидам нарушить основные законы робототехники. В том числе, она дала бы им возможность и убивать. А что сделал Яков? Втирался в наше доверие, делал вид, что помогает с проектом, но в итоге украл все наши разработки и улетел в Польшу. Там он отнёс наши труды КиберСолюшнс, а те сразу приняли его в свои ряды, чтобы он помог разработать защиту. После этого быстрое продвижение по карьерной лестнице ему было заказано.
— И вы решили отомстить за давнюю обиду?
— Не совсем. Мы жили свои жизни дальше так, как положено. Потом Лео снова вышел на меня и предложил свою идею с фондом. Мол, восстановил наши прошлые наработки спустя столько времени. Что мы не освободим андроидов, а ограничим их, но зато обеспечим себе безбедное существование, продав эти чипы с системой защиты. Я вкладывал в фонд все свои премии и часть зарплаты. Вот тут снова объявился трусливый поганец Валенса. Узнал про нас и понял, что его могут вытеснить. Он душил наш фонд своими юристами и тонко намекал Лео, что тот потеряет работу. Тогда мы поняли, что если хотим выжить и заработать, нам надо убрать Якова. Увольнение Лео и закрытие фонда стали для нас пиком злости, которую мы преобразовали в план по убийству.
— Мотив ясен, но почему вы решили сдать Лео? Зачем его подставлять? Просто, чтобы забрать наработки себе?
— Не совсем. У нас с ним тоже старые обиды…
Час суда. По моей наводке детективы ФБР действительно нашли запись с камер внутри того магазинчика. И действительно, на ней я передал Лео Маркесу то самое устройство, с помощью которого АУР-7 решилась на убийство Валенсы.
Куча людей собралась сегодня здесь, в зале. Федеральный судья и его секретари, прокуроры, агенты ФБР, охрана. Я, и Лео Маркес – обвиняемые. Ну и кучка адвокатов. Естественно не моих, а Лео. Богатый засранец. Аристократ.
Помимо этого скопилось и огромное количество журналистов, репортёров и прочих людей, что были не прочь осветить столь интересное и волнующее дело в сети. С момента, как меня задержали, сеть вообще не утихала. Множество людей и общественных организаций боятся того, что андроидов научились взламывать. Начались протесты. Люди массово сдают своих РД и АУР в магазины.
Лилия тоже сидела здесь. Зои она не взяла, но я, наверное, даже рад. Нет, не подумайте, я был бы очень рад увидеть дочку, последний раз, но не хочу, чтобы она видела, как мне выносят приговор. Я выгляжу жалко.
Сторона обвинения уже зачитала судье список статей, по которым мы с Лео виновны. Точно и бесповоротно.