Лилия издала протяжный вой и начала вытирать слёзы и сопли салфеткой.
— Прости меня, прости. Я знаю, что не заслуживаю. Я ужасна. Мне надо было рассказать про Лео… Надо было быть честной хоть когда-то. Просто я уже не могла…
— Терпеть мужа?
Лилия быстро подняла голову и уставилась на меня.
— Я знаю, что ты меня не любишь. Давно. — Я откинулся на стуле и запрокинул голову вверх, чтобы не потекли слёзы. — Но мы уже были женаты, и у нас уже была дочь. Выхода не было. Оставалось терпеть.
— Я…
— Лео готов вас обеспечивать? Вы, видимо, любите друг друга. Он возьмёт вас к себе?
Лео Маркесу дали условный срок 5 лет. Он соучастник убийства, но адвокаты свели всё на нет. Он сам признался в той части, которую сделал. Активно сотрудничал. Отказался от идеи убийства и пытался уговорить меня, пускай и не сообщил о покушении куда надо. Ему дали условный срок вместо настоящего за то, что он рассказал подробный алгоритм взлома андроидов, который мы придумали. Даже помог разработать защиту. И заслужил смягчение судей.
— Да. Лео сказал, что готов воспитывать Лилию, если это нужно. Он позаботится о нас.
— Тогда я его прощаю. Скажи ему это. — Я кратко кивнул.
— Хорошо. Как ты… Здесь?
Слово “тюрьма” крутилось у неё на языке, но она от него отказалась.
— Неплохо. Я много что успел обдумать. Поделиться мыслями, правда, не с кем. Послушаешь?
Лилия закивала, высмаркиваясь в платок.
— Много думал о том, что я выбрал слишком изощрённую месть. Слишком странный и сложный план. Очень уж запутанный. Как детективу, мне было бы проще убить Лео и всё на этом. Я бы сумел замести следы.
— Но?
— Но я знал, что ты любила его и, почему-то, не смог этого сделать. Хотел мести более “извращённой”, как и он сам.
Лилия сразу поняла, о чём речь.
— Потом я подумал: а ведь на самом-то деле план неплох. Просто я много ошибался. Вломился тогда в его дом, чтобы подбросить улики, ну что за глупость. Хотя это казалось мне взвешенным и продуманным решением. Злость на Лео и никотин лишили меня рассудка, заставляя действовать так открыто. Я сам подвёл себя под суд. Сейчас, когда я на пару месяцев отказался от никотина, я наконец это осознал и прозрел. Не гениальный, но хороший детектив совершил столько глупых ошибок. Может, я хотел быть пойманным?
— Ты отказался от леденцов?
— Да. Тяжело доставать их в тюрьме, когда ты 22 часа в сутки проводишь в одиночку…
— О боже! Тебя что, в карцере держат? Ты же не террорист.
— Да нет. Меня просто держат в специальном блоке для бывших сотрудников правоохранительных органов. Иначе другие преступники бы меня съели. Думаю, если бы делу не придавали такой огласки, то у меня был бы шанс на отсидку в обычной тюрьме, менее строгой. Однако, я сильно потряс общественность.
— Сейчас.
Лилия полезла в сумку и, немного покопавшись, извлекла из неё 3 пачки леденцов Rush.
— Возьми. Надзиратели сказали, что их можно передавать.
— Нет, убери. Я в завязке, уже 2 месяца. Отдай их Лео, пускай попробует настоящий никотин, а не убогие Solace.
Лилия помотала головой, но выполнила мою просьбу, перестав меня искушать.
— Знаешь, какая мысль далась мне тяжелее всего? Я искал ошибку в методе мести, в реализации плана, но вот что пришло мне на ум: а что было бы, если бы ты просто любила меня? Как бы мы жили тогда? Насколько мы были бы счастливы? Или насколько счастлив был бы я? Почему-то мне кажется, что я был бы не сильно счастливее, чем сейчас.
— Почему?
— Потому что тогда ты была бы несчастна. А может, потому что я и не любил тебя вовсе…
По щеке Лилии потекла одинокая слеза, но сама она ещё держалась. Она никогда не была плаксивой, скорее даже наоборот, плакала меньше, чем обычно позволялось женщинам. Сегодня онf, видимо, решила выплакаться за все годы. С запасом.
— Герард…
— Да?
— Могу я задать один вопрос?..
— Конечно. — По её интонации сразу можно было угадать, что именно она хочет спросить.
— Как ты понял? Про нас с Лео? Как ты узнал?
— Никотиновые леденцы. — Бросил я в ответ. — Я никогда не покупал Solace/
— Но при чём здесь…
— Однажды я вернулся домой после работы и случайно нашёл под столом на кухне одиноко лежащий леденец. Как я уже сказал, я никогда не покупал найденный мной Solace. Это послужило для меня поводом взломать нашего РД-5 и посмотреть записи с его камер. Лео частенько ставил его перед вами во время ваших встреч.
Я замолчал и прошла минута. Тяжелая и томная минута. Как же я рад, что моя бывшая жена нарушила эту тишину первой.
— Никотиновые леденцы…
Лилия заплакала во всю силу, закрывая лицо ладонями.