Выбрать главу

Подступы к дому освещались лишь одним фонарём, который группа успешно обошла, приблизившись к двери.

— Дроны не обнаружили цель. — Оповестил голос патрульного в рации.

В 2025 году одна из компаний США представила миру новейшую разработку в сфере тактических шлемов. Технология позволяла с помощью камер в шлемах всех бойцов, камер наружного наблюдения и дронов отслеживать всё, что происходит на “сцене”, обрабатывать всё нейросетью и передавать на экраны внутри шлемов. Эта же разработка используется и сейчас, спустя столько лет. Если Маркес выйдет на улицу или же войдёт в комнату с открытыми окнами, то неминуемо попадёт на экраны визоров отряда. Однако в данный момент ничто не свидетельствовало о том, что цель дома.

Один из бойцов дёрнул за ручку и толкнул дверь, которая послушно отворилась.

— Альфа-2 внутри.

Коридоры дома оказались тёмными, но эту задачу решали приборы ночного видения, удобно встроенные в шлемы.

Четыре человека отклеились от остальной группы и стали подниматься по лестнице на второй этаж.

Основная группа же продолжила двигаться к холлу и кухне, осматривая дулами винтовок все углы.

Маркеса они застали на диване в гостиной. Он сидел, подняв руки, и смотрел прямо на дверной проём ещё до того, как в нём кто-то появился. На столике рядом его ждал стакан недопитого виски с растаявшим кубиком льда.

Лео выглядел измученно. Будто он не спал всю ночь, что, как выяснится позже, абсолютная правда.

— Лео Маркес. — Холодным металлическим голосом разрушил тишину первый в колонне боец. — Это полиция. Вы арестованы. Держите руки на виду. — Боец потянулся к рации. — Подозреваемый на первом этаже. Сотрудничает.

В следующие несколько секунд группа полицейских окружила бывшего программиста КиберСолюшнс. Они скинули его с дивана на пол и скрутили руки, надевая наручники.

— Подозреваемый задержан.

Из коридора послышалось несколько глухих ударов.

Руководитель группы, усач Генри, зашёл в дом вслед за группой и обнаружил РД-11 лежащим у подножия лестницы. Андроид получил множественные повреждения, а его конечности, в точности имитирующие человеческие, были выгнуты под совсем нечеловеческими углами.

— Что за чёрт? — Генри пилил взглядом своих подчинённых, столпившихся у верха лестницы, приготовив тайзеры.

— Застал нас, когда мы уже спускались. Ну мы как-то сразу и среагировали, а он… — Оправдывался один из них.

— Молодцом. — Усач прошёл мимо андроида, кивнув на всё ещё двигающееся синтетическое тело.

Моментально в поваленного РД-11 прилетел ещё один электрический заряд.

— Срочно приезжай в департамент. — Кричал голос Арендста в трубке.

Лилия уже куда-то ушла, и я лежал один. Утро только начиналось.

— В чём дело? — Я едва протёр глаза.

— Ты проспал задержание Маркеса. Он уже у нас и во всём признался.

Сердце бешено заколотилось. Сработало.

По пути в полицейское управление мне посчастливилось отыскать в бардачке машины несколько никотиновых леденцов. Если бы не они, то я бы гнал как сумасшедший, лишь бы быстрее добраться. Нервы. Да ещё и утренние пробки на дорогах. Так и тянет сорваться, выехать на проезжую часть, втопив педаль газа. Ужасно…

Ещё пару леденцов влетели мне в рот. Я, кстати, покупал марку Rush. Они, соответствуя своему названию, совершали прорыв в мире никотиновых леденцов. При достаточно приемлемой цене обладали сильным, а что самое главное – мгновенным эффектом. Никотин уносил потребителя от тревог и забот сразу, как леденец попадал на язык. Что может помогать при стрессе лучше, чем мгновенное избавление?

Бросив свою старенькую машину на парковке, я пулей вбежал в здание полицейского управления. Думаю, я бесцеремонно вломился бы в комнату допросов, где, по словам дежурного, держали Лео Маркеса, но меня остановил Арендст.

— Не спеши. — Сказал он.

— В чём дело? Я хочу с ним пообщаться.

— У него сейчас разговор с адвокатами, не будем мешать. Пошли.

Начальник убойного отдела провёл меня в комнату по соседству. Тускло освещённый кабинетик для небольших патрульных. Несмотря на это, сегодня здесь был аншлаг. Шесть человек, включая Дэниела, Усатого Генри и прочих знакомых лиц. Все они угрюмо молчали и смотрели на меня.