Собственно, Гаваец и бормотал на ходу нечто пилотское: «Захожу я ему в хвост…»
Жучков с микрофонами и прочей дрянью на одежде охранников не было – проверили, поэтому Гаваец мог молоть любую чушь, любую рыбу, хоть детскую сказку в изложении старого пропойцы.
Остальная часть группы побежала вперед, стараясь не ступать на неспекшийся песок.
Когда одолели примерно полпути ко внутреннему периметру, Мельников негромко сообщил:
– Спутникам над нами хана. Роботам тоже.
Ему никто не ответил.
У антикварных ворот с механическим приводом поджидали еще два охранника; едва четверка актеров-импровизаторов приблизилась настолько, что подмену смогли бы распознать, охранников у ворот сняли ушедшие вперед невидимки. Сняли столь же быстро и безжалостно, ибо другого выхода попросту не было: война есть война, особенно если действуешь в глубоком тылу противника.
Теперь медлить и прятаться не имело смысла: за воротами наверняка велось видеонаблюдение. Вопрос лишь насколько тщательное. Десантники рванулись во внутренний дворик – к центральному входу, к двум боковым, через перила на веранду. Шарахнулся с дороги согбенный перевертыш с подносом в руках – его на бегу пристрелил один из Суондредов. Скотч, Гаваец и Мельников с напарником расстояние до ворот преодолели коротким спринтерским рывком.
Дальняя резиденция одного из влиятельнейших кланов доминанты Оа занимала довольно обширную площадь, но зато была малоэтажной: надземная часть практически везде имела лишь один уровень, только кое-где возвышались округлые, похожие на половинки гигантских яиц, двухэтажные купола, каждый с отдельной лестницей. Подземная также имела один уровень, кроме центральной области: там крылись еще какие-то помещения уровнем ниже, но об их назначении вводная умалчивала. Логично было предположить, что там вход в какой-нибудь бункер. Именно этот бункер следовало отрезать в первую очередь: к лифту на подземный уровень прорвались четверо братьев-Суондредов, однако массивный силовой шлюз был уже заперт, и, судя по всему, изнутри.
Остальные десантники сражались с охраной. Довольно многочисленной: в самом начале операции были убиты четверо охранников; в фазе прочесывания – еще десятка два, а когда стало понятно, что главы резиденции на обследованных уровнях нет, отбиваться продолжали еще шесть-восемь. Волновой камуфляж перевертыши не использовали – видимо, чисто военное оборудование было у них не в чести. А напрасно: к моменту, когда пристрелили последнего оаонс в светлой униформе, все нападавшие были живы, хотя довольно неприятное ранение в бедро получил пилот Валти, да Мистеру Литтлу попали из плазменника в руку. Защита сработала, но сильнейший ожог Мистер Литтл таки схлопотал.
Хуже было другое: по сути дела, операция закончилась крахом. Да, они захватили объект; да, нейтрализовали охрану, а уцелевших перевертышей из обслуги и еще какой-то непонятный народ, включая женщин и детей, заперли от греха подальше в подвале. Нути-Нагути и шестерых его ближайших подчиненных не оказалось ни среди пленных, ни среди убитых. По крайней мере так сказал мрачный, как туча, Мельников. Перед тем как раздавить ногтем шарик пси-семафора.
Они застряли в самом логове врага и неизвестно было – успели охранники сообщить куда-нибудь о нападении или нет. Предполагать, ясное дело, следовало худшее. Из-за малонаселенности Иншуди десант получил некоторую фору: вряд ли кто мог поспеть в это дикое место раньше локальных двух часов. Однако над резиденцией наверняка соорудят силовой щит, да и парочку военных кораблей на орбиту подвесят. Второй раз трюк с туземным катером не пройдет, это яснее ясного. Что оставалось? Ждать свой бот, который тоже скорее всего не выпустят, даже если бот умудрится прорваться и сесть? Так ведь Мельников уже отсемафорил: операция провалилась. Станет ли бот вообще садиться, подвергать экипаж неоправданному риску? Вряд ли. Значит, десанту остается только «иной способ», о котором издевательски умолчала вводная.
Все взгляды невольно скрестились на «пограничниках».
– И что теперь, а? – спросил Солянка. Вопреки ситуации уныние в его вопросе вовсе не сквозило. Скорее – любопытство школяра-игромана, завершившего очередной уровень квеста и теперь изучающего следующий.
– Первым делом – не паниковать, – ответил Мельников буднично. – Уж извини за банальность. У кого сканер? Давай сюда!
Боевой пловец подал Мельникову кругляш биосканера.
– Так… – Мельников принялся разбираться с приборчиком. – Где тут переход по высоте? Ага, вижу… А позиционирование?
– Снизу, – пробасил пловец.
Мельников перевернул плоский, как коробочка с леденцами, сканер дисплеем вниз.
– Ага, понял… Хм! А нас почему видно, у нас же защита?
– Прибор-то тоже наш, как и защита.
– Однако! Ладно, это мы, это пленные… Трупы как исключить?
– Пока никак, жарища тут, остынут не скоро. Смотри по положению – если продолговатый сигнал, значит, валяется. Если округлый – стоит.
Мельников некоторое время манипулировал с прибором.
– Зараза… Второй подземный уровень не берет.
– А что ты хотел? – пожал плечами пловец. – Это ж портативка.
– Боюсь, что нижний бункер и стационар не взял бы, – мрачно предположил Скотч. – Вы шлюз видали? Такие на пустотные десантовозы ставят, причем снаружи. А что ты, собственно, пытаешься выяснить?
Мельников вернул сканер пловцу и задумчиво поскреб небритый подбородок.
– Видишь ли, Скотче, – смилостивился и объяснил он. – Нижний бункер – это, собственно, жилой модуль на сверхмалом икс-приводе.
«Так вот что это за „иной способ“…» – запоздало догадался Скотч.
– … и оттого, заперся ли там Нути-Нагути со своими прихвостнями или же нам круто подфартило и мы приперлись просто в его отсутствие, зависит наше дальнейшее поведение. Шлюз, я так понимаю, приступом не возьмешь?
– Правильно понимаешь! Хоть из десятка тазеров пали, – заверил Гаваец, оживленно прислушивающийся к разговору.
Пятнадцать десантников собрались в центральном холле резиденции, у лифта на нижние ярусы. Со стороны веранды неспешно втекал горячий сухой воздух Иншуди. Невидимость они отключили – переговоры с пустотой практически всем действовали на нервы.
– Так, братцы! – Мельников быстро справился с ситуацией – это был уже не разочарованный неудачей, хмурый, небритый и невыспавшийся тип, а хищник, идущий по следу, целенаправленно и холодно. – Комплекты отключить вообще, не только камуфляж. Экономим энергию.
– Так поджаримся же! – недовольно заметил Арнольд Суондред.
– Не карамелька, не растаешь, – оскалился Мельников. – Лучше прикинь, что будет, если мы сейчас вместе с этим особнячком скакнем куда-нибудь в открытый космос. Светолет эдак за двести.
Суондред умолк – аргумент был весомее некуда. Десантники гасили комплекты до режима тревожного ожидания – если они все действительно вдруг окажутся в вакууме, комплекты включатся раньше, чем люди погибнут.
– Тамура! Ты у нас вроде диспетчером на космодроме раньше подвизался? – продолжал руководить Мельников.
– Было такое, – подтвердил черноволосый малыш Тамура.
– Аппаратный зал у них во-он в том куполе! Давай туда, осматривайся пока.
– Понял!
Тамура с готовностью убежал к лестнице – здешние лифты ходили только под землю.
– Вы, мушкетеры! – Мельников звонко хлопнул в ладоши, глядя на близнецов. – Уж извините, я вас путаю. Бейтесь на две пары и в охрану – двое к подвалу с пленными, двое к шлюзу.
– Есть!
Братья Суондреды оставались военными даже на Тахире. Язык приказов – это был их язык, наиболее понятный и близкий.
– Кто из нас соображает в медицине хоть что-нибудь? Сойдет диплом ветеринара.
Соображающих оказалось достаточно: во-первых, Скотч – еще со времен работы гидом ему приходилось врачевать особо ретивых туристов. Аналогичные навыки имел и Солянка, ибо на Табаске был спасателем. Валти, как третий из «Экзотик-тура», в общем и целом отпадал – сам был ранен и до собственного бедра ему трудновато было добраться, ибо импульс пришелся аккурат под ягодицу. Зато кое-что в излечении ран соображал Костя Цубербюллер, в прошлом бывалый турист. Мистером Литтлом и Валти занялись совместно и безотлагательно, прямо в холле.