– Гаваец, Рагназь… Скотч, отдай аптечку соседу, ты мне нужен. И ты еще. – Мельников указал на пловца. – Давайте наружу, крестиком. Наблюдение – поверхность, небо.
Скотч кивнул, оставил раненых на попечение Солянки с Цубербюллером и подошел к остальным, назначенным во внешнее охранение. Хватило пары быстрых взглядов, чтобы разобрать направления, после чего четверка разошлась в разные стороны. Шаге на пятом Скотч услышал, как Мельников негромко обращается к своему безымянному напарнику:
– Ты в кораблик дуй… И чуть что…
– Знаю, – буркнул напарник. – Мухой…
Многословием он никогда не страдал.
Сам Мельников текучим аллюром хорошо тренированного человека взлетел по лестнице туда, где недавно исчез Тамура. Но любоваться его движениями было уже некому.
Вскоре Скотч с изумлением обнаружил, что растерянность его волшебным образом улетучилась. Чуть позже он догадался почему – когда личный состав при деле, теряться некогда. Первая сержантская заповедь. Даже странно, что он сам сначала растерялся, вроде как по чину не положено.
Но с другой стороны, когда не владеешь информацией в достаточной мере – командовать невозможно. Именно поэтому ситуацию быстро и жестко разрулил Мельников, больше разруливать было некому. А Скотч ощутил, в который уже раз, что просто подчиняться и выполнять приказы куда легче, чем самолично принимать решения.
Впрочем, к принятию решений его и не допускали, умело отсекая от информации.
Может, оно и к лучшему? Многие знания рождают большие печали. А если по-простому, по-солдатски – меньше знаешь, крепче спишь. Проверено временем.
Скотч не успел как следует обдумать все это, устроившись на веранде второго уровня и разглядывая серо-рыжие дюны, безжизненные и прожаренные сумасшедшим солнцем Иншуди. Минут через пятнадцать рысцой прибежал Костя Цубербюллер.
– Скотче! Тебя Мельников в аппаратный зовет. А я тут вместо тебя понаблюдаю.
C готовностью подцепив бласт за ремень, Скотч встал:
– Как там Валти с Литтлом?
Цубербюллер махнул рукой:
– Жить будут. Хотя если Литтл соберется на конкурс красоты – придется пересаживать кожу.
– Ну и ладно, – кивнул Скотч и поспешил к лестнице.
В аппаратном Мельников, Тамура и Валти сообща колдовали над стандартным диспетчерским пультом. Валти сидел на краешке кресла – усесться по-нормальному мешала рана. На штанине виднелись неопрятные потеки лечебной биопены.
– Не, – убежденно сказал Тамура, глядя в развернутый перед пультом видеокуб, – это не наши. Стопудово.
В видеокубе стремительно мелькали столбцы каких-то данных и периодически вспыхивали несложные символы, вроде обозначений на тактических картах.
– А это? – допытывался Мельников.
– А это мусор. Может, остатки спутников, может, наших роботов.
– А тут?
– Это орбитальный лазер, он аж над экватором, не обращай внимания.
– Ага… Вот дьявол! Они что, вообще не финишировали?
Вероятно, Мельников занимался поисками десантного бота, хотя зачем это было нужно, Скотч не брался предположить.
Его появление не внесло никаких изменений – Мельников все так же дотошно тыкал пальцем в куб, а Тамура шевелил пестиком позиционирования и объяснял. Изредка вклинивался Валти и что-нибудь комментировал.
Скотч довольно быстро заскучал и направился к свободному креслу. Но едва он уселся, Мельников неожиданно прекратил изыскания, взгромоздился на стол и проникновенно сообщил:
– А ведь это беда, братцы! Похоже, нас кинули.
Задавать вопросы было бессмысленно, все присутствующие это знали. А Мельников продолжал дозировать информацию наперстком:
– Такое впечатление, что нас сунули в заведомо пустую нору просто в качестве отвлекающего маневра! Причем вытаскивать нас отсюда с самого начала никто не планировал.
– И что? – едко спросил Скотч. – Твоя контора с тобой так поступает впервые?
– Сомневаюсь. – Мельников состроил сожалеющую гримасу – поджал губы, приподнял брови. – Собственно, уже в текущей фазе так поступали трижды, но как-то всегда удавалось выкрутиться. Да и раньше удавалось, раз жив пока. Но я тебя уверяю, Скотч: гробить таких бравых погранцов контора не стала бы. Достаточно было послать только вас. Нет, тут что-то другое.
– Да что другое? – взорвался Скотч. – Через час примчится глайдер с регулярной армией и нас тут перемешают с песком! Запекут! Десантура гриль – видал когда-нибудь?
– Ну, положим, это не так легко будет сделать… – Мельников машинально поскреб небритый подбородок. – Я тут пару каких-то громыхалок на турелях видел. Внизу. Думаю, разберемся… если поднимем.
– Чего? В каком смысле – поднимем?
– В прямом. Здоровые больно. Можем не дотащить.
– А почему бы не поспрошать местных? – подал идею Валти. – С пристрастием?
– Да это шпаки, сразу видно. Канцелярщина какая-то или, что вероятней, родственники. Судя по детям. Только изуродуем зря. Что они могут знать?
– Например, куда делся наш несостоявшийся пленник. Раз семью с собой не забрал, значит, никаких опасностей не предполагалось, верно?
Валти был довольно логичен, не отнять.
– Оно-то верно, – вздохнул Мельников без энтузиазма. – Да только мало нам поможет. Ладно, скажу, чтоб не маялись: групп, подобной нашей, высажено аж шесть. На различные одиночные объекты, судя по всему, проходящие по тому же ведомству. Нас должны подобрать – по идее – с шумом, помпой и фейерверками.
– Это на Иншуди-то? – не поверил Скотч. – На второй по значимости планете перевертышей? С помпой? Ой ли…
– Ага, на ней. Ты не знаешь, тут драчка была недавно, мы все тогда на Тахире куковали. Население эвакуировано на Оа, остался только боевой резерв да зондеркоманда. И эти… которые зараженные области деактивируют, как их? Скелетики, в общем.
Скотч недоверчиво покосился на видеокуб, словно и впрямь рассчитывал увидеть там фейерверк.
– Слушай, Мельников, – сказал он тягуче. – Из нас что, сознательно идиотов делают? Я вообще не представляю, в какой фазе сейчас война, трудно, что ли, сообщить?
– Идиотов из нас сделали в момент выдачи военной формы, – огрызнулся Мельников. – Думаешь, мне говорят больше твоего? Ага, щаз! Самому приходится вертеться. Откапывать, доходить…
– Ну и что ты, блин, накопал? Что вообще происходит? Можешь объяснить? И что, разрази гром эту Иншуди, нам делать дальше?
– А не знаю! – беспечно сказал Мельников. – Думаю, заранее вытащить эти хрени турельные на веранды. Авось пригодятся. Пошли, нечего тут больше делать. Ждем пси – авось дадут весточку.
Следующие полчаса пришлось попотеть не по-детски, тем более в таком климате, потому что Мельников категорически запретил пользоваться антигравами – те заметно сажали батареи, коих было немного. Турельные, как выразился Мельников, хрени оказались магнитодинамическими орудиями, малоэффективными в миниатюре, но имеющими попросту убойную мощь при укрупнении размеров, причем увеличение диаметра основной кольцевой спарки вдвое давало восьмикратный прирост мощности. Куб то бишь. Вот какие-то умельцы и не постеснялись, изобразили мастодонтов в ненатуральную величину – с укрупнением, не стесняясь. Пришлось мобилизовать рабскую силу – всех пленников-мужчин, даже двоих подростков. В процессе перетаскивания третьего орудия один из подростков попытался выхватить из кобуры Скотча бласт. Оторвать подростку голову помешал Мельников – иначе Скотч не стал бы сдерживаться.
Когда последнее орудие обратило жерло ствола в сторону пустыни, Тамура нашел в транспортном ангаре рабочий местный антиграв и десант минут пять увлеченно изрыгал проклятия на полудюжине языков.
Потом Мельников какое-то время изучал задраенный шлюз на второй подземный уровень – даже ухо прикладывал и вслушивался, как будто рассчитывал что-либо услышать. Скотчу его художества давно надоели, а поскольку Мельников больше ничего не рассказывал, сержант на все плюнул, реквизировал Солянку и пошел обследовать камбуз под предлогом, «если жрать не хочется прямо сейчас, значит, захочется очень скоро».