В прихожей затренькал аппарат домофона.
— Кто это? — Федор чуть привстал в кресле.
— Сиди, я открою, — Вера остановила его жестом, — что ты так дергаешься? Это мастер, специалист по компьютерам.
— Так быстро?
Вера не ответила, вышла в прихожую, взяла трубку домофона, услышала голос Антона Курбатова и вздохнула с некоторым облегчением.
— Вера, кто это пришел? — спросила Надежда Павловна, появившись, на пороге кухни.
— Это ко мне, компьютер чинить.
— У тебя что, компьютер сломался? — Брови Надежды Павловны медленно поползли вверх.
— Он у нее давно барахлил, — авторитетно сообщила Соня, пронырнула под рукой Надежды Павловны и выскочила в прихожую.
Совсем недавно Вера в очередной раз что-то объясняла маме про компьютер и сказала: «Его практически невозможно сломать. Можно запутать или стереть информацию, но механических поломок, как в пишущей машинке, не бывает».
— Да, мамуль. У меня вирус, кажется.
В этот момент позвонили в дверь.
Вера не сразу узнала Антона Курбатова. Он действительно устроил маскарад. В прошлый раз он был одет элегантно, строго, без всяких излишеств. А сейчас из-под ворота мятой пестрой гавайской рубашки торчал дурацкий шейный платок в горошек. Белые льняные брюки были откровенно грязными, мятыми и напоминали нижнее белье. Вдобавок он нацепил на нос немыслимые квадратные очки с дымчатыми голубоватыми стеклами, на руке его посверкивал массивный серебряный перстень.
Вера отметила про себя, что он все рассчитал правильно. Не стал гримироваться, наклеивать усы и бороду. Это могло сразу броситься в глаза, привлечь внимание, серьезно насторожить, даже если Федор никогда раньше его не видел.
Антон не стал менять лицо, но полностью изменил свой всегдашний облик. Судя по всему, он никогда в жизни так не одевался, и, если даже лицо покажется Федору знакомым, он вряд ли узнает в этом немытом дешевом пижоне с гомосексуальным душком настоящего Курбатова.
— Валентин, здравствуйте! Хорошо, что вы так быстро приехали! — радостно улыбнулась Вера. — Проходите, пожалуйста.
Антон Курбатов неплохо разбивался в компьютерах. Каждое свое действие он сопровождал веселыми прибаутками, и Вера чувствовала, как сильно он нервничает.
— Ну, вируса у нас здесь нет, — сообщил он, — одна ко, знаете ли, давненько вы не наводили порядок в своих файлах. Он у вас кто, девочка или мальчик?
— Как это? — не поняла Вера.
— Ну вот, проводите у компьютера столько времени, а даже не знаете, что у них есть пол. Я такие вещи всегда чувствую. С ними разговаривать надо по-разному, с девочками и с мальчиками. Они ведь все понимают.
— А вы не преувеличиваете, Валентин? — Вера улыбнулась, но улыбка тут же испарилась, когда она встретилась глазами с Федором.
Все это время Федор сидел в кресле, вальяжно раскинувшись и пролистывая какой-то случайный журнал. Разумеется, на страницы он не смотрел. Он напряженно слушал и следил за каждым жестом смешного компьютерщика Валентина.
— Сейчас начнем генеральную уборку, пройдемся по файлам. Зачем вам столько глупых игр, Вера? Вы же серьезный человек. Ну как, убираем этот мусор?
— Убираем, — кивнула Вера, — а все-таки, как вы думаете, кто он у меня, девочка или мальчик?
— Мальчик, — прищурившись по-кошачьи, произнес компьютерщик после некоторого размышления, — имя ему придумайте. Пусть он будет… Иммануил.
— Это слишком длинно, — покачала головой Вера.
— Зато почтительно. А у вас есть компьютер? — он повернулся к Федору.
— Нет, — буркнул тот.
— Не представляю, как можно жить в наше время без компьютера. А вы, простите, чем занимаетесь?
— Я охранник.
— То-то я заметил, взгляд у вас специфический.
Федор ничего не ответил. Повисла неприятная пауза.
— А где у вас можно курить? — бодро спросил Антон.
— На кухне, — ответила Вера, — пойдемте, я тоже покурю.
— Вам еще много осталось? — подал голос Федор из своего кресла.
— А что? — обернулась к нему Вера. — Если ты куда-то спешишь, можешь идти…
— Да. — Он встал. — Я, пожалуй, пойду. Проводи меня, потом покуришь.
Когда они оказались в прихожей, он тихо спросил:
— Откуда этот компьютерщик?
— Из фирмы.
— Из какой?
— А почему тебя это интересует?
— Дай мне номер, по которому ты его вызвала, и скажи название фирмы.
Его лицо было совсем близко, серые глаза смотрели так тяжело и холодно, что опять накатила волна панического, детского страха. Но Вера справилась, изобразила обиду и удивление.
— Федя, зачем тебе? И вообще, что за тон?