— Он тебя знает?
— Лично не встречалась. Но в нашей картотеке он есть. Бывший национал-социалист. Любимое орудие пытки — крюк мясника. Отсюда и кличка — Крюк. С таким человеком шутки плохи. Джеймс, не доверяйте ему.
Инспектор Остен в сопровождении двух патрульных приблизился к двери Бонда, наклонился вперед, словно нефтяной насос, и помахал ему рукой, шевеля пальцами, будто желая привлечь внимание маленького ребенка.
— Господин Бонд? — спросил он тонким, пронзительным голосом.
— Да. Бонд, Джеймс Бонд.
— Отлично. Мы должны доставить вас в Зальцбург. Будьте любезны, выйдите на секунду из машины.
Бонд вышел и пожал протянутую ему руку, которая на ощупь напоминала высохшую кожу змеи.
— Я занимаюсь вашим делом, господин Бонд. Таинственное исчезновение двух дам. Неплохое название для книги, не правда ли?
Бонд промолчал. Он не был готов к шуткам по поводу Мэй и Манипенни. Почувствовав это, инспектор вновь стал серьезным.
— Меня зовут Остен. Генрих Остен, — продолжил он с ухмылкой, оголив потемневшие зубы. — Но некоторые называют меня Крюком. Уж, не знаю почему. Возможно потому, что я занимаюсь ловлей преступников. — Он вновь засмеялся. — Кто знает, господин Бонд, может, и вы когда-нибудь попадетесь на мой крючок. Нам с вами надо поговорить, поэтому я поеду в вашем автомобиле, а дамы — в другом.
— Нет! — отрезала Нанни.
— Да, — возразил Крюк.
Он открыл заднюю дверцу, и патрульный чуть ли не силой вытянул Сьюки из салона. Другой полицейский проделал то же самое с Нанни, которая отчаянно упиралась ногами и руками. «Только бы она не воспользовалась пистолетом… — подумал Бонд. — Хотя нет. Она, скорее, закатит скандал, и те будут вынуждены ее отпустить».
Остен вновь улыбнулся.
— Без женщин как-то спокойнее, — сказал он. — И потом, вы же не хотите, чтобы они услышали, как я предъявлю вам обвинения в причастности к похищению и, возможно, даже убийству…
7. Крюк
Бонд вел машину предельно осторожно: от человека, сидевшего рядом с ним, веяло скрытым безумием, которое могло проснуться от малейшей провокации. Бонду часто приходилось сталкиваться со злом, но сейчас оно было ощутимо как никогда. Помимо этого от инспектора веяло запахом дешевого одеколона, которым тот обильно обработал копну своих волос.
— Похищение и убийство, — пробормотал Остен, словно размышляя вслух.
— И вы собираетесь меня в этом обвинить?
— Я могу предъявить вам убийство, — усмехнулся инспектор. — Вам и вашим молодым спутницам. Вы запоете у меня как соловей.
— Я рекомендую вам переговорить с начальством, а также со Службой безопасности.
Остен презрительно фыркнул:
— Трусливые болваны, которые вечно прячутся за чужими спинами. Они мне не указ.
— Вы сами себе закон, инспектор?
Остен вздохнул.
— Да, в данной ситуации закон — я, и это главное. А вы связаны с двумя англичанками, которых похитили из клиники…
— Одна из них шотландка, инспектор.
— Неважно, — Остен надменно отмахнулся своей кукольной рукой. — Вы — единственный ключ, связующее звено во всей этой истории; человек, который хорошо знает обеих жертв, и мой долг — допросить вас самым тщательным образом…
— Мне бы самому хотелось узнать подробности, — прервал его Бонд. — Кстати, одна из женщин — моя экономка…
— Та, которая молодая?
Вопрос был задан таким неприятным тоном, что Бонд чуть не вышел из себя.
— Нет, инспектор. Та, которая пожилая. Она много лет работает у меня, а молодая — моя коллега по работе. Советую вам повременить с допросом и посоветоваться с кем-нибудь из руководства.
— У меня к вам и другие вопросы, — продолжил Остен. — Провоз огнестрельного оружия в страну и участие в перестрелке на автобане, в результате которой погибли люди и возникла угроза крупного ДТП…
— При всем уважении, инспектор. Эти люди пытались убить меня и двух девушек, которые ехали со мной.
— Разберемся, — медленно кивнул Остен. — В Зальцбурге мы во всем разберемся.
Внезапно инспектор протянул к Бонду свою длинную руку, похожую на змею, и в считанные секунды тот остался без пистолета и дубинки. Генрих Остен обладал не только опытом, но и поразительной интуицией.
— Не люблю общаться с вооруженным человеком, — румяные щеки Остена расплылись в улыбке.
— Если вы потрудитесь заглянуть в мой бумажник, то найдете там международную лицензию на ношение оружия, — заметил Бонд.