Пеги работала над альбомом в студии своего мужа в Северной Калифорнии. И, конечно же, сам Нил Янг сыграл почти на всех треках (в частности, его гитарное соло можно услышать в песне «Love Like Water»). «В самом начале, когда я только собрала для записи группу, вопрос о том, будет или не будет Нил играть на альбоме, мы обошли, – вспоминала Пеги. – Он заскочил к нам в первый день просто послушать, на второй день, когда ребята в студии ему уже заранее приготовили место, он собрался поучаствовать. Закончилось тем, что он сыграл практически везде».
Возвращение «хромовых мечтаний»
Однажды осенью далекого 1976 года музыкальную прессу облетело сообщение о том, что Нил Янг выпускает новый альбом под названием «Chrome Dreams». Однако приготовившиеся к очередному сюрпризу поклонники музыканта его так и не дождались. Роковую роль сыграла встреча Янга с подругой музыкальной юности Джони Митчелл, которой он имел неосторожность наиграть материал новой пластинки. Митчелл высказала резкое «фи», мотивируя это тем, что альбом абсолютно не воспринимается как цельное произведение. Янг, ценящий мнение коллеги и друга, не долго думая, взял и отложил обещанный половине мира альбом в долгий ящик. Впоследствии некоторые песни (такие как «Like a Hurricane,» «Powderfinger,» «Sedan Delivery» и «Pocahontas») с этого погребенного под слоем пыли опуса были разбросаны Янгом по другим альбомам, но целиком этот эклектичная пластинка так и не увидела свет.
Казалось бы, история закончилась, и альбом, широко ходящий в фанатской среде в качестве бутлега, навсегда забыт для истории. Однако в октябре 2007 года Янг заявил о выходе нового творения, озаглавленного «Chrome Dreams II» (что говорить, такой экстравагантный шаг, как сиквел неизданного альбома, мог себе позволить только Нил Янг…). На нем, специально составленного в таком же «коллажном» духе (только теперь дать ценный совет уже, видимо, некому) оживлены неиздававшиеся по разным причинам песни давно минувших дней, а также исполнены новые. К «старью» относятся мелодичная кантри-баллада «Beautiful Bluebird» (написанная в период записи альбома «Old Ways» 1985 года), монументальный эпос «Ordinary People» и мантра в стиле кантри-рок «Boxcar», первоначально задумывавшиеся для альбома «This Note's For You» (1988). В записи принимали участие старые друзья Янга: гитарист Бен Кит («Stray Gators»), басист Рик Росас (игравший с Янгом в 80-е с группой «Bluenotes»), и барабанщик Ральф Молина из Crazy Horse.
Можно смело сказать, что «Chrome Dreams II» является идеологическим продолжением альбома-воспоминания «Prairie Wind», но если последний был посвящен ностальгическим размышлениям о детстве, родном доме и т. д., то нынешнее произведение стало экскурсом в собственную музыкальную историю. Здесь в слегка сумбурном коктейле из музыкальных жанров Янг вывел на поверхность основные музыкальные мысли, не дававшие ему покоя на протяжении долгих лет гитарных путешествий: это и мелодичное умиротворяющее кантри («Beautiful Bluebird»), и попытки социальной критики («Ordinary People»), и гаражная «грязь» («Dirty Old Man», – кстати, замечательная издевка как над собственным хитом многолетней давности «Old Man», так и вообще над собственной персоной как в личном, так и в музыкальном плане), и настоящий рок («No Hidden Path») и прочее, и прочее. Правда, неизбежно отмечаемая критикой 18-минутная «Ordinary People» (достоинством которой, похоже, является именно ее 18-минутность) была все-таки в свое время слегка передержана Янгом и в настоящее время как-то поутратила свою актуальность. Если в контексте его «духовых» (заметьте – не духовных!) экспериментов конца 80-х эта песня звучала просто как мегахит (о, как она звучала на концертах, это надо слышать!), то в нынешние электронные «нулевые» вся эта гневная «социалка» с гитарами, трубами и упреками в адрес олигархов слушается, откровенно говоря, местами утомительно.
Главной песней альбома, пожалуй, следует считать «No Hidden Path» (все-таки длина песни – не главное). Оставив в покое злободневные темы настоящего и туманных призраков прошлого, герой снова погружается в бездны собственной мятежной души и на фоне громоподобных гитарных риффов, как ни странно, ищет покоя и мира, пребывая в лирическом настроении: «Я снова ощущаю своего пропавшего друга, совета которого мне так не хватает…» – уж не мудрый ли совет Джони Митчелл 20-летней давности имеет в виду музыкант? (кстати, почти одновременно с альбомом Янга Митчелл выпустила свой новый опус «Shine», сотканный из совсем других мелодий и настроений). Несмотря на очередной джентльменский набор гитарных и душевных терзаний, герой находит-таки покой и верный путь, если не в этой, то в следующей песне – завершающей альбом композиции «The Way», парящей в пространстве на крыльях детским хором, который, подобно ангельским песнопениям, указывает потерявшемуся путнику дорогу домой.
Критика в большинстве своем приняла альбом «на ура», слегка напуганная предыдущим неоднозначным антибушевским альбомом-манифестом и последовавшими экскурсами в заархивированное прошлое. Хотя, как мы уже сказали, «Chrome Dreams II» стал тоже своего рода взглядом назад, попыткой повторно провернуть фарш через более современную мясорубку, что, если верить народной мудрости, делать вполне бессмысленно.
P. S. Кто Вы, мистер Янг?
Невозможно предугадать, что выкинет в следующем году этот постоянно меняющий свою окраску «музыкальный хамелеон», один из немногих носителей воспоминаний об истлевшей (или быстро сгоревшей?) рок-эпохе. Чего можно ожидать от человека, который даже собственный девиз (или когда-то провозглашенный его девизом) опровергает с точностью до наоборот? Так, в одном из интервью, посвященных альбому «Prairie Wind», в ответ на вопрос журналиста, вспомнившего старый лозунг: «Так что же лучше, быстро сгореть или долго тлеть?», Янг философски (а вполне возможно, что лукаво улыбаясь) изрек: «Вы можете понимать это буквально: «Да, лучше взорваться в сгустке пламени, чем медленно угасать, делая нечто бессмысленное». А с другой стороны, горение может длиться очень долго…».
«Не знаю, могу ли я называться современным исполнителем, – рассуждал он как-то. – Я, скорее, динозавр с огромным хвостом – так велик, что постоянно должен чем-то питаться. Я смотрю вокруг и вижу, что не так уж много осталось динозавров, одни только животные поменьше шныряют там и сям с огромной скоростью. И их энергия нужна мне, чтобы оставаться живым. Иногда мне кажется, что можно бы отрубить мой гигантский хвост, а то я просто не могу сам себя прокормить…».
Так кто же он, Нил Янг? Сумасшедший визионер, взглянувший в глаза самому дьяволу во плоти Чарльза Мэнсона и с тех пор потерявший покой, или мирный ранчеро, возделывающий грядки на собственной ферме и пьющий пиво с друзьями, которым наплевать на его славу и гениальность? Или, может быть, борец за справедливость, который мечтает стать местным сенатором и показать кузькину мать Джорджу-папу-его-Бушу? Или и то, и другое, и третье, и десятое?
Скупое жизнеописание, до открытого финала которого, хочется верить, дотерпел мужественный читатель, вряд ли ответит на эти вопросы. Ответы – в музыке Янга, в его стихах, выступлениях и скромных попытках стать кинорежиссером, в общем – в его творчестве. В 2006 году, когда Нил был номинирован на премию «Грэмми» за альбом «Prairie Wind» (но премия оказалась недостойна масштаба фигуры Нила), он, размышляя над тем, что сказать, если его все-таки наградят, так и не пришел к определенному выводу. Можно ведь поблагодарить продюсера и маму, но это было бы слишком банально. Гораздо интереснее – воспользоваться возможностью и открыть миру глаза на несправедливости, которые творятся вокруг, как бы банально ни звучали подобные откровения. Наверное, тем, кто сидел в зале на церемонии «Грэмми», повезло, что Нил не получил эту статуэтку. Иначе его речь запомнилась бы всем надолго.