— Добре! Нека буде так!..
Родной язык Соль изучала по учебнику, привезенному с далекой планеты. Иногда говорила на нем с родителями, но без особого успеха. Понимать, впрочем, понимала, если как следует прислушаться.
Седой уже рядом. Тяжелая ладонь ложится на плечо.
— Здравей, внуче!
Незнакомое знакомое лицо. И очень-очень похожее. Фотография в старом альбоме: молодой красивый парень и маленькая девочка у него на руках. Далекое мамино детство…
— Дядо?
5
К чаю полагались гренки, румяные и хрустящие. Против них Анри Леконт ничуть не возражал, иное дело сам чай. Кофе по утрам — многолетняя, въевшаяся в кровь привычка. Но — дипломатия. Даже кровожадные дикари щадят тех, с тем преломили хлеб.
— Племянница готовила, — сообщила Жанна Делис, придвигая тарелку с гренками поближе. — Она у меня молодец! Школу закончила с отличием, прекрасно готовит. Только личная жизнь… Кого можно встретить в нашем Клошмерле?
Бывший учитель, сочувственно покивав, продолжил знакомство с гренками. В маленькой квартирке, где обитала мадам директор, было тепло и уютно. Полки с книгами, акварельные пейзажи на стенах и, конечно, радиоприемник. Его бы Леконт непременно выключил или хотя бы убрал звук, но он гость, поэтому приходилось терпеть и слушать.
Новинку уже успели так сяк, но перевести на французский. Некоторое несовпадение в размере компенсировали барабанами.
— Мы не прекратим борьбу за спасение замка! — решительно заявила мадам директор, подливая чай. — И вы, мсье Леконт, как честный человек и интеллектуал, просто обязаны нам помочь.
Бывший учитель, переждав барабаны, кивнул.
— Непременно! Мадам Делис, а почему музею принадлежит только одно здание? Разве сам замок — не памятник истории?
Мадам директор явно смутилась.
— Мы… Мы писали, даже приезжала комиссия из министерства. К сожалению, сам замок, вернее та часть, что не была разрушена в войну, это новодел прошлого века. При Луи-Филиппе Этлан был куплен местным виноторговцем, и новый хозяин замок полностью перестроил. Уцелела только угловая башня…
— Этлан ценен не архитектурой! Он — памятник Великой войны, именно здесь весной 1918-го проходил фронт, тут был штаб генерала Роулинсона. Здесь, именно здесь мы остановили бошей! Музей имеет огромное воспитательное значение…
Анри Леконт улыбнулся.
— Наш секретный объект создается для того, чтобы вновь спасти Францию. Мы непременно победим, и… Представляете, какую экспозицию здесь можно будет развернуть?
Мадам Делис замерла с открытым ртом. Бывший учитель надавил голосом:
— Весь замок! Весь! Весь Этлан станет музеем, одним из крупнейших… Да что там? Крупнейшим музеем на севере Франции! Даже замки Луары станут нам завидовать!..
Мадам директор долго молчала, а затем решительно кивнула.
— И пусть стену восстановят, которая выходит к реке.
В это утро Анри Леконт убедился, что шефом быть очень удобно. Все заняты делом: капитан Гарнье строит своих солдат, мадам Делис руководит генеральной уборкой помещений музея, приехавшие рабочие ремонтируют одно из зданий посреди двора. А он, большой начальник, осуществляет общее руководство — стоит в сторонке и пытается не мешать.
Громко топали солдатские подошвы, скрипели тачки, мадам директор не жалела горла, подгоняя личный состав, а шеф Леконт думал о том, что он представлял себе секретный объект как-то иначе. Этлан — единственный музей в округе, и нашествия военных не заметит только индийский факир, погрузившийся в вековой транс. Кстати, работяги-ремонтники пожаловали из Амьена, значит, о новостях уже узнали и там.