Как-то раз, гуляя, мы с Ксавье заметили под дубом Айви. Рядом с ней находился старшеклассник из «Брюс Гамильтон». На парне была надетая задом наперед бейсболка, и он нагло ухмылялся моей сестре. Я никогда не видела ее такой обеспокоенной. Мальчишка поставил ее в сложное положение: в одной руке она держала пакет с покупками, а другой нервно приглаживала волосы. Чувствовалось, что она ищет любой возможности сбежать.
Я локтем подтолкнула Ксавье.
— Что там творится?
— Похоже, Крис Бакнейл набрался храбрости, чтобы пригласить ее на свидание.
— Ты знаешь его?
— Он в моей команде водного поло.
— Он не во вкусе Айви.
— Неудивительно, — ответил Ксавье. — Аморальный тип.
— А что дальше?
— Эй, Бакнейл! — окликнул его Ксавье.
— Я занят, чувак, — буркнул тот.
— Слыхал новости? — провозгласил Ксавье. — Тренер хочет, чтобы после игры все заглянули к нему в офис.
— Зачем? — спросил Крис.
— Что-то насчет составления списка для участия в тренировках следующего сезона. Кто не придет, того не включат.
Крис Бакнейл явно забеспокоился.
— Мне пора, — сказал он Айви. — Перехвачу тебя позже.
И Криса как ветром сдуло. Айви благодарно улыбнулась Ксавье.
В конце концов, Габриель и Айви приняли Ксавье. Не вторгаясь в наше пространство, он незаметно стал неотъемлемой частью нашей семьи. И это было им по душе. Во-первых, он приглядывал за мной, во-вторых, от него был толк, если дело доходило до всяких гаджетов. Ученики изумленно таращились на Габриеля, когда выяснилось, что он не знает, как работает DVD-плеер. Айви же хотелось продвигать свою программу социальной службы, используя школьный Интернет. Ксавье помог им обоим. Техника оставалась для брата и сестры чем-то вроде минного поля, поскольку постоянно менялась. Пусть и нехотя, но Габриель позволил Ксавье показать ему, как отправить электронное письмо коллегам в «Брюс Гамильтон» и как пользоваться айпадом. Иногда мне мерещилось, что Ксавье говорит на иностранном языке, употребляя незнакомые термины вроде гигабайт и Wi-Fi. Будь на его месте другой человек, я бы просто отключалась, но мне безумно нравился звук его голоса. Я могла часами смотреть, как он движется, и слушать его рассуждения, фиксируя жесты и интонации в памяти.
И Ксавье весьма серьезно относился к обязанностям моего телохранителя. Приходилось напоминать ему, что я не стеклянная и раньше справлялась со всем вполне адекватно. Но Ксавье был исполнен решимости. Именно он напоминал мне о необходимости пить больше воды и пресекал расспросы любопытных одноклассников. Однажды он вместо меня ответил мистеру Коллинзу, который поинтересовался, почему я не закончила домашнее задание.
— У Бет и так куча дел, — заявил он.
И я знала, что, если забуду, Ксавье выполнит работу за меня и отдаст ее учителю без моего ведома.
Он буквально ощетинивался, если кто-то, подозрительный по его мнению, оказывался в радиусе двух футов от меня.
— Нет, Бет, — произнес он и покачал головой, когда парень по имени Том Снукс пригласил меня потусоваться с ним и его друзьями.
— Почему? — обиделась я. — По-моему, он приятный.
— Ничего подобного.
— Почему? — повторила я.
— Закроем тему.
— Отвечай.
— Ну, потому что он частенько употребляет дрянь.
Я тупо глазела на него, нуждаясь в разъяснении.
— Он добрый друг затяжки, — Ксавье подождал пару секунд и вздохнул. — Туго ты соображаешь, однако.
Если бы Ксавье не выступал в качестве буфера, моя жизнь в «Брюс Гамильтон» была бы гораздо труднее. Неприятности буквально сами находили меня, хотя я старалась избегать их. Так случилось и в тот день, когда, направляясь на урок английского, я брела через парковку.
— Эй, дорогуша! — раздался громкий голос.
Я резко повернулась и увидела долговязого юношу с прилизанными светлыми волосами и испещренным оспинами лицом. Мы изредка сталкивались на биологии. Зато я частенько замечала, как он курит сигареты позади мусорных баков и у себя в машине. Сейчас за его спиной стояли трое парней и грязно усмехались.
— Привет, — нервничая, ответила я.
— По-моему, нас не представляли друг другу. Я — Кирк.
— Рада познакомиться.
Я избегала его взгляда. Что-то в его позе вызывало у меня беспокойство.
— Тебе говорил кто-нибудь, что ты очень хорошенькая подстилка? — заявил Кирк.
Парни заржали.
Я не поняла, в чем смысл.
— Прошу прощения?
— Хотелось бы познакомиться с тобой поближе. — Кирк сделал шаг ко мне, я попятилась. — Не робей, дорогая.