В ушах парня вдруг подул лёгкий ветер, и он услышал мелодичный смех.
- Бесстыдник, - сказала фея, и голос её, скорее всего, был слышан только Паше. По крайней мере, нимфы ни как не отреагировали на эту реплику, продолжая с восхищением смотреть в зал.
Покраснев от смущения, молодой человек хотел уже открыть рот, чтобы извиниться, но голос в ушах остановил его.
- Не стоит. Я вовсе не против твоих чувств, они очень вкусные. Любуйся, сколько пожелаешь. А потом, - хихикнула волшебница, - тебе представится возможность и потрогать меня, и полизать, если подруга твоя возражать не станет.
Паша покраснел ещё больше, поняв, что Мила узнала обо всех его недавних намерениях. Ему захотелось как можно скорее заменить откровенный ракурс на более приличную во всех смыслах дистанцию, и это желание мгновенно исполнилось. Вид аппетитной попки отодвинулся, позволяя молодому человеку вновь увидеть фею издалека.
«Боже, стыдно-то как!» - мысленно простонал, он и тут же получил ответ, подтверждающий, что фея даже мысли его слышит.
- Всё в порядке, не терзай себя. Я собственно из-за нэко с тобой заговорила. Ты должен запомнить одну важную вещь. Кошки очень ценят доверие тех, к кому привязались, поэтому твоя новая воздыхательница будет обязательно испытывать тебя в этом смысле. Я не знаю, когда это произойдёт и во что именно выльется, но почувствовала необходимость предупредить тебя немедленно.
«Я понял... спасибо» - мысленно поблагодарил Паша и слегка выдохнул. Он по-прежнему чувствовал смущение из-за того, что его уличили в непристойных действиях, но озабоченность словами волшебницы, позволила немного переключиться на более серьёзный лад.
«Могу ли я доверять духу? - подумал молодой человек. - А почему бы и нет? Веста ведь доверяет, значит, и я могу. И вообще, нэко очень милая, и... она вроде любит меня... Значит, ничего плохого мне не сделает. Вот и всё. Не о чем переживать».
Выстроив такую простую логическую цепочку, Паша успокоил себя и решил вернуться вниманием к происходящему. Тем более что события обещали быть волнующими. Вот только фея почему-то не спешила к своей цели, облетая зал по какой-то сложной траектории, словно следовала вдоль проходов незримого лабиринта.
- Что она делает, - поинтересовался молодой человек у своей подруги.
- Достраивает энергетические связи в воздухе, - ответила Веста. - Ох, чувствую я, замыслила она глобальную подпитку своего духа. Хочет до отвала энергией её напоить, чтобы уж та наверняка возвысилась.
- А мне посмотреть можно? - напомнил Паша об обещании нимфы показать ему магический план происходящего.
Он поднял голову вверх и встретился глазами со своей девушкой, которая как-то странно смотрела на него и выглядела немного необычно.
- Хочешь увидеть магию? - уточнила Веста и сладко облизнула губки, словно задавала этот вопрос не парню своему, а вкусной пироженке, которую намеревалась съесть.
- Э-э-э... да, - неуверенно сказал молодой человек. Его немного напрягало плотоядное выражение лица подруги.
- Тогда расслабься, - промурлыкала та, - сейчас я тебе помогу.
Она наклонила голову и выпустила изо рта длинный и гибкий как змея язык, который плавно скользнул вниз к молодому человеку и мокрой бархатной лентой прошёлся по его лицу. В первый момент Паша даже не понял, что произошло. Дистанция между ртом девушки и его головой была великовата для обычного человеческого языка. По крайней мере, следовало наклониться ещё ниже или поднять молодого человека повыше. Тем не менее, лицо его было теперь мокрым, и эти ощущения настаивали на достоверности зрительных впечатлений, несмотря на всю их фантастичность.
- М-м-м, ты вкусный, - причмокнула губами Веста, и лизнула своего парня снова.
Только в этот раз её язык зацепил, не только лицо, но и грудь молодого человека, пустив по ней струйки слюны. Он не просто коснулся Пашиного тела, а очень плотно и ощутимо облизал его верхней своей поверхностью, на которой располагались вкусовые рецепторы. А поскольку молодой человек сидел к своей девушке спиной, той пришлось повернуть язык почти на сто восемьдесят градусов, что проделано было легко и непринуждённо. Нимфа умудрилась даже слегка обернуть молодого человека своим длинным и плоским вкусовым органом, который сейчас мало походил на человеческий язык.