Лиза кивнула, бросая взгляд на Олесю, которая нервно теребила край полотенца.
— А как он шептал ей на ухо эти грязные слова... — продолжила Катя, нарочито громко. — Говорил, какая она развратная...
Олеся резко поднялась, её тело напряглось от попыток сдержать нарастающую волну возбуждения.
— Знаешь, Лиза, я прямо представляю... — Катя демонстративно закрыла глаза. — Его руки на её бёдрах... жаркое дыхание...
— Я... поплавать... — прорычала Олеся, срываясь с места.
Она быстрыми шагами направилась к воде, чувствуя, как десятки мужских глаз провожают её. Каждый шаг по горячему песку отзывался пульсацией внизу живота.
— Смотри, — Катя ткнула локтем в Лизу, — наша "пациентка" сбегает от терапии.
Олеся вошла в прохладную воду, но даже здесь не могла найти покоя. Мужчины на берегу не скрывали интереса, их взгляды буквально прожигали её кожу.
Она нырнула, пытаясь смыть с себя и реальные капли пота, и воображаемые прикосновения.
— Интересно, надолго её хватит? — усмехнулась Катя, наблюдая, как Олеся отплывает подальше от берега.
Но бегство не помогало — с каждым движением в воде она только сильнее ощущала собственное тело и его предательскую готовность сдаться при первом же касании.
Олеся вышла из воды, струйки стекали по её телу, а мокрый купальник почти не скрывал очертаний. Катя с притворной нежностью протянула ей полотенце.
— Бедная ты наша, — она притворно вздохнула, — как же тебе тяжело... — её пальцы легли на плечо Олеси.
Затем Катя наклонилась к самому уху и прошептала горячим шёпотом:
— Представляешь, как кто-то из них мог бы прижать тебя прямо сейчас к песку... Провести мокрой рукой по животу... Раздвинуть твои ноги...
Олеся резко дёрнулась, её тело отозвалось знакомой дрожью.
— А твоё тело... такое влажное и послушное... Готовое принять любого... — Катя продолжила шёпотом, чувствуя, как Олеся замирает.
— И ты знаешь, что не сможешь сопротивляться... Что кончишь быстро и громко, как последняя шлюха...
Олеся отшатнулась, её щёки пылали. — Ты... это специально...
Катя с невинным видом откинулась на полотенце. — Что специально? Я просто поддерживаю нашу бедную пациентку в её нелёгкой борьбе. — Но в её глазах танцевали чёртики.
Олеся снова упала на полотенце, закрыв лицо руками. Она понимала — подруги доведут её до края. И вопрос был только в том, сколько времени ей потребуется, чтобы сдаться.
Олеся внезапно поднялась с полотенца, её пальцы сжимали тюбик солнцезащитного крема. Лицо выражало смесь отчаяния и решимости.
— Всё, — коротко бросила она, — я больше не могу.
Катя и Лиза наблюдали, как она подходит к двум рослым мужчинам лет сорока. Через секунду слышится её смех, затем она жестом указывает на густую полосу леса, окаймляющую пляж. Мужчины переглянулись, и все трое направились в сторону деревьев.
— Ну что, доктор, — Катя с усмешкой откинулась на полотенце, — наша пациентка сорвалась. Пойдём понаблюдаем за клиническим случаем?
Они поднялись и пошли вдоль кромки леса, стараясь оставаться незамеченными. Сквозь листву доносились приглушённые звуки.
— Слышишь? — Катя прислушалась. — Кажется, начался сеанс... активной терапии.
Ветер донёс обрывки фраз: «...да, именно там...» и сдавленный смех Олеси.
— Интересно, — Лиза качнула головой, — это считать рецидивом?
— О, — Катя ухмыльнулась, — это считать победой. Пари проиграно. Зато какой спектакль!
Они присели за кустами, наблюдая, как в тени деревьев мелькают оголённые тела. Олеся явно не собиралась ограничиваться только кремом для загара.
Олеся растянулась на песке в одних стрингах, её кожа блестела под лучами солнца, пробивавшимися сквозь листву. Двое мужчин, опустившись на колени по бокам от неё, выдавили на ладони крем.
— Только хорошенько разотрите, — томно проговорила она, закинув руки за голову.
Пальцы одного из мужчин скользнули по её пояснице, затем опустились ниже, намеренно задевая резинку стрингов.
— Здесь тоже намазать? — его голос звучал глухо, а взгляд был тёмным и оценивающим.
— Ммм... конечно, — выдохнула Олеся, прикрыв глаза. — Я же не хочу обгореть... нигде.
Второй мужчина, растирая крем на её бёдрах, намеренно двигался всё ближе к промежности. Его большой палец провёл по внутренней поверхности бедра.
— У тебя такая гладкая кожа... — прошептал он прямо в ухо. — Интересно, везде такая?
Олеся лишь глухо простонала в ответ, её бёдра непроизвольно приподнялись, ища большего контакта.