– Со мной ты все забудешь, – прошептала Джессика ему на ухо, но желание Самуэля вмиг улетучилось.
– Если бы это было подвластно мозгу, я бы остался здесь навсегда, – кладя руку на шею Джессики, произнес Самуэль. – Но это чувство не подчиняется сознанию.
Глава 70
Когда Диди осторожно открыла глаза, в комнате была кромешная тьма. Свет проникал лишь через узкую щель под дверью. Окна закрывали плотные шторы. На потолке мигал красный огонек. Диди догадалась – это была камера. Значит, за ней наблюдали, и она решила: не будет сразу показывать, что очнулась. Ей было страшно.
События отдельными вспышками мелькали в сознании. Немного пахнувший потом мужчина, который заткнул ей нос платком с дурманящим запахом, дребезжащий микроавтобус, внутри которого ее приковали… Когда дверь машины открылась, Диди уже пришла в себя. Ее мучили боли. Луна завладела ею, и страшная боль сжигала ее изнутри. Потом кто-то втолкнул этого потного мужчину в машину, и она исполнила то, что предначертано нимфе полнолунием, не спрашивая разрешения и не извиняясь. После того ее, видимо, вновь лишили сознания, потому что она не помнила, как попала сюда.
Диди осторожно стала ощупывать ткань вокруг себя. Кровать была удобной и широкой, постельное белье – гладкое и шелковое, одеяло – из легкого пуха. Она поняла, что была без бюстгальтера, в одних трусиках. «К счастью, надела эти красные, – подумала Диди. – Было бы ужасно, если бы я оказалась в старых застиранных панталонах». Девушка старалась не думать о том, что кто-то раздевал ее, когда она была без сознания. Нельзя было поддаваться страху.
Диди осматривала комнату. Она различила в темноте красивый комод и гардероб.
– Если посмотришь внимательнее, увидишь на вешалке ночную сорочку, – произнес мужской голос из колонки, подвешенной к потолку.
«Эрик!» – Диди, вздрогнув, вскочила. Он был и на парковке – картинка неожиданно всплыла в ее памяти. Это Эрик затолкал того несчастного в машину. Диди нужно было подумать. Она холодела при мысли, что была наедине с сатиром. Нужно взять ситуацию в свои руки. Диди знала, чего Эрик хотел от нее. Этим и следовало воспользоваться.
– Можно включить светильник на ночном столике, – прозвучал голос Эрика. – Предупреждаю: возможности для побега исключены, поэтому советую поберечь силы для чего-нибудь другого.
У Диди не было времени придумать тактику поведения. Она решила довериться своему чутью и попытаться заставить ситуацию играть на нее. Сейчас был самый подходящий момент. Она зажгла свет и сразу увидела шелковую сорочку сливочного цвета. Ей хотелось как можно быстрее спрятать свою наготу, но Диди знала, что Эрик следил за каждым ее движением. Поэтому она медленно поднялась с постели и изящно надела сорочку, стараясь выглядеть как можно естественней.
Сорочка была легкой словно сон. Кружевной подол едва доставал до середины бедра, но это было лучше, чем одни трусики.
– Дверь спальни открыта, – сказал голос из колонки. – Иди сюда.
– Иди ты сюда, – ответила Диди.
– Ну уж нет, – засмеялся Эрик. – Терпение, моя юная нимфа. Время для этого еще наступит.
– Надейся, – фыркнула Диди, но все же пошла к двери.
Диди думала, что сможет понять, где она находится, однако окна гостиной тоже были занавешены. Кругом горели уютные светильники, мебель была стильной – над ней явно трудился реставратор. Интерьер ничего не подсказал Диди о ее местонахождении.
Эрик вышел из-за угла, и Диди сделала пару шагов назад. Сатир был в безупречном черном костюме и галстуке. Иссиня-черные волосы аккуратно уложены. Диди видела таких мужчин только в рекламах дома мод, но Эрика нельзя было сравнить с ними. На фотографиях мужчины лишь представляли что-то, а Эрик излучал уверенность и власть… И опасность.
– Наверняка ты знаешь, что Кати уже разыскивает меня и очень скоро окажется у двери этого дома? – Диди бросила вопрос, будто ничего не боялась. Она налила себе вина из бутылки на столе. Девушка попробовала его, и густой вкус показался ей странным и терпким. Она еще не стала нимфой из нимф, однако не собиралась показывать это Эрику.
– Неббиоло – мой любимый виноград, – улыбаясь, сказал Эрик, и Диди не поняла, удачно ли прошло ее выступление. – И Кати не приедет сюда, так как не знает, где ты.
– А что это за место?
– Наше место. Остальное тебя не касается. Ты, кстати, отлично выглядишь. Можешь не благодарить за того мужчину, которого я тебе подкинул. Твои глаза уже были белыми как молоко, а кожа совсем сухой. После этого ты проспала два дня. Твоя кожа сияла в темноте.