Диди закричала от животного страха, но мысль о Самуэле обратила ее чувства в ярость. Она вырвалась и схватила Эрика за горло. Адреналин буквально бурлил в ее крови, и она почти рычала. Страх и ненависть слились воедино и придали ей сил. От ее хватки Эрик не мог дышать, он хрипел от боли и сделал несколько шагов назад. Диди застыла на месте. Она не понимала, что произошло. Эрик стоял в метре от нее, и понемногу силы возвращались к нему. Наступил именно тот момент, когда ей нужно было действовать. Она сосредоточилась на собственной злости, напитала ею свои руки и вновь положила ладони на сонную артерию Эрика. Она приказала сатиру опуститься на колени. Эрика трясло, его глаза закатились, но Диди была безжалостна. В следующее мгновение сатир без сознания повалился на бок.
Диди не стала медлить. Она скинула сандалии и бросилась к двери, которая оказалась незапертой – сатир был абсолютно уверен в себе. Выскочив на улицу, Диди огляделась. Над горизонтом стояло солнце, по всей вероятности, было раннее утро. Девушка увидела двор и лес вокруг. Вряд ли ей удастся убежать от сатира – Диди была уверена, что он скоро придет в себя. В другой стороне виднелся причал и синеющее в тумане озеро. Диди нужно было действовать.
Бросившись к причалу, она нырнула.
Глава 71
Самуэль переехал от Джессики обратно в морг, и пара ночей на носилках сделали свое дело. Он, конечно, спал, но утром ему казалось, будто всю ночь его одолевали воспоминания, всплывающие из глубин сознания.
Самуэль встал очень рано, и его не покидало ощущение, что ему нужно быть в совершенно другом месте. Поэтому парень сел в машину и поехал куда глаза глядят, пока не понял, что оказался на пороге усадьбы Таммисаари ван дер Хааса. Он присмотрелся к старым железным воротам, украшенным орнаментом из дубовых листьев. Парень достал из-под рубашки старую отцовскую подвеску. Подержав ее немного в руке, поднялся, глубоко вдохнул прозрачный утренний воздух. В нем уже ощущалась осень, и он паром вырывался изо рта.
Самуэль подошел ближе к воротам. Женщина, которую они видели с Диди, собирала граблями сухую траву и остановилась, заметив Самуэля. Парень понял, что был по-прежнему в белом медицинском халате и выглядел странно. Он поднял руку в знак приветствия и вошел внутрь через ворота.
Женщина, продолжив уборку во дворе, мимоходом глянула на Самуэля:
– Мой сын Матиас там, на крыльце.
Самуэль вытянул шею. Он увидел высокого мужчину средних лет, на лице которого читались опыт и испытания. Русые волосы до плеч, шерстяная кофта и джинсы – ничего необычного, но Самуэлю было боязно к нему приближаться.
– Самуэль Коски, – сказал парень, протянув руку, и мужчина коротко и деловито пожал ее.
– Матиас ван дер Хаас. Пройдемте внутрь.
Матиас провел Самуэля в комнату, которая раньше, по всей видимости, называлась салоном. Стол и стулья в стиле времен короля Густава, старые, но в хорошем состоянии, украшали помещение. Они сели за стол, и Матиас налил кофе.
– Мама позвонила мне в Грецию, сказала, что вы приходили сюда, – произнес Матиас. – Ты и какая-то красивая девушка.
– В Грецию? – брови Самуэля приподнялись. Греция часто снилась ему. – А где именно вы там были?
Матиас помедлил с ответом. Он пристально взглянул на Самуэля, видимо, обдумывая слова.
– Мы были на самом юге, в Лаконии. Там есть место, которое называется Веланидия. Моя дочь Матильда сейчас в таком возрасте, что самое время было показать ей, чем я занимался всю жизнь.
В собственных снах Самуэль слышал то же самое от своего отца. Папа предлагал, чтобы они вместе отправились в командировку, и мальчик узнал, чем занимался отец… Самуэль зевал, показывая, что ему вовсе не интересно знать о торговле лекарствами. Тогда мама смеялась и объясняла: папа не продавал лекарств.
Самуэль собрался рассказать о своих воспоминаниях Матиасу, но вдруг понял, что прямо на него направлено дуло.
– Дом был взломан, поэтому я должен быть начеку, – сказал Матиас. – Что вы делали здесь с девушкой? Как вы нашли дорогу сюда?
– Диди хотела выяснить что-нибудь про какой-то символ или герб, – объяснил Самуэль.
– Что это за девушка?
– Диди, – повторил Самуэль. Он не собирался рассказывать Матиасу ничего о нимфах. Да и какой нормальный человек поверит в это. – Мы знакомы с самого детства.
– Назови имя полностью! – Дуло ружья было в паре сантиметров от лица парня, а Матиас казался твердым и уверенным.