Ругая себя, Кати вошла в комнату Диди. Девушка, видимо, дома не появлялась, а это значит, что с ней что-то случилось по пути. Нимфа ударила кулаком в стену и рухнула на кровать Диди. Если девчонка оказалась в руках Эрика, вполне возможно, они ее больше никогда не увидят. Эрик наверняка приказал схватить Диди и при этом сам не пошевелил пальцем, потому определить местонахождение девушки было сложно. А может… Кати задумалась, потом взяла телефон. Ей ответил немного настороженный низкий мужской голос:
– Харью.
– Мне нужна помощь, – Кати сразу перешла к делу и объяснила Харью ситуацию. – Ты можешь как-нибудь выяснить, что случилось с Диди.
– Большой брат следит за всеми, – ответил Харью. – Камеры на каждом углу. Если девушку схватили на территории города, должны были остаться следы. Я свяжусь с одним старым знакомым и перезвоню.
Кати хотела действовать, но сейчас ей оставалось только ждать. Она чувствовала, как самые ужасные страхи и воспоминания поднимаются в ее душе, и ей было трудно с ними совладать.
В порту Таррагоны пахло нефтью и тухлой рыбой. Двигатель автомобиля перегрелся, солнце нещадно палило. Надя и Кати вынесли еле живую Роуз из машины и усадили в тень. Они устали от побега, но знали, что им нельзя было останавливаться.
– Если сатиры не убьют нас, то такая еда – наверняка, – пожаловалась Кати, жуя чипсы. Они уже несколько дней были в пути и не осмеливались остановиться, чтобы поесть. Она открыла бутылку с водой и сделала долгий, жадный глоток.
Надя расстегнула пуговицы своего светлого хлопкового платья. Бусины пота выступили на ее лбу. Но она переживала не за себя, а за Роуз.
– Температура опять поднялась. Нам нужно найти место, где я могла бы заняться лечением твоей сестры.
– Мы должны продолжать путь, – ответила Кати, пристально посмотрев на Надю. – Как ты думаешь, что с Роуз?
– Без понятия, – сказала Надя. – Может, какой-нибудь паразит.
– Давай купим то лекарство, о котором ты говорила.
– Думаю, Роуз не выдержит такую дорогу, – призналась Надя. Симптомы больной были странными, и ничто не помогало. Подругам удавалось только немного облегчить состояние больной.
– Может, есть смысл разделиться, тогда, по крайней мере, схватят не всех, – предложила Кати. – Возьми машину. Я останусь с Роуз отдохнуть, а потом придумаю, как нам попасть в Италию.
– Вас двоих будет очень легко найти, – возразила Надя.
– Бери машину! Мы потом свяжемся с тобой, и ты приедешь на помощь.
Надя смотрела на Кати, не понимая ее. Кати явно хотела от нее избавиться, но она знала, что бесполезно просить подругу объяснить свое решение. К тому же сейчас самым важным была их жизнь. Надя протянула руку, и Кати отдала ей ключи от машины.
После того как Надя удалилась, Кати подошла к сестре.
– Почему ты прогнала Нинетт? – спросила Роуз. Ее губы потрескались, а кожа стала серой. Кати ужасно боялась за состояние сестры.
– Твоя беременность уже видна. Я не хочу сейчас рисковать, – объяснила Кати. – Мне легче защищать тебя одну.
– Мы поедем в Италию? – спросила Роуз, которая слышала разговор с Надей.
– Нет, – сказала Кати, расстегивая ворот своей несвежей белой рубашки. – Жди здесь. Я организую транспорт.
Кати договорилась, и их взяли на борт корабля, идущего во Францию. Наконец они попали в город Монпелье, где Кати решила обосноваться. Она подыскала для них с Роуз безопасное место – брошенную квартиру. Кати достала для сестры матрас, принесла ей еды и начала выяснять, где могли быть другие нимфы. Прошло какое-то время, и Роуз почувствовала облегчение, но чем большим был срок беременности, тем слабее она становилась.
Однажды ночью начались схватки. «Слишком рано», – подумала Кати, но не сказала этого вслух, а принялась успокаивать сестру.
– Я хочу, чтобы пришла Нинетт, – пыхтела Роуз.
– Здесь мы в безопасности, – заверила ее Кати. – После родов продолжим путь. Как только ты и ребеночек чуть окрепнете.
Вдруг Роуз крепко схватила Кати за руку. Кати ощутила, как ее пальцы сжались, и сестра требовательно посмотрела на нее.
– Обещай мне, Екатерина, – сказала Роуз, скривившись от боли. – Если со мной что-то случится, ты будешь заботиться о ребенке, как о своем собственном.