Оружейник посмотрел туда, куда указывал отшельник, и увидел два ярких огня, похожих на светящиеся белые глаза какого-то огромного морского чудища, быстро поднимающихся к поверхности. Инчкейт инстинктивно отскочил и закрылся руками, настолько сильной была иллюзия морского чудовища, выбирающегося из бассейна. Но тут же голос отшельника громом прокатился по подземелью:
– Это лантанил! Хвала Богу Всевышнему! Он явил нам великую милость! Мы нашли его! – И Дарвин начал скакать от радости, как мальчишка.
Удивительно, но седобородый Инчкейт присоединился к нему, а от края бассейна смотрели на них два счастливых ныряльщика.
Глава сорок девятая
Рабы со стонами тянули огромный корабль Нина по реке из Ундалии на западном побережье на восток к Аскелону.
Пятьдесят тысяч пехотинцев следовали за ним по берегам. Арвин здесь разлился широко, глубина позволяла всем желающим прыгать в лодки и спасаться, когда ужасный караван Нина проходил мимо.
Сам Разрушитель сидел в своем дворцовом корабле, ожидая от военачальников вестей о том, что Аскелон взят. Когда их не последовало, верховное божество решило самолично проследить за концом непокорной крепости.
Он приказал армии из пятидесяти тысяч пехотинцев, ожидавших на кораблях, высадиться на западном побережье, а затем приказал вынести его трон на берег. Трон установили на телах рабов, Разрушитель взобрался наверх и широким взмахом руки приказал армии идти вперед.
Армия, как саранча, уничтожала все на своем пути: урожаи на полях, хижины крестьян, маленькие деревни. Ничто не могло их остановить, никто не поднимал руки с оружием, чтобы задержать их. Днем и ночью они неизбежно приближались к Аскелону. Днем и ночью на небесах сияла злая Волчья Звезда.
Днем ее можно было увидеть низко на горизонте, яркой точкой, как бы кромешным вторым солнцем. Ночью же никто бы не сказал о ней «крошечное». Она превращала ночь в жуткое отражение прошедшего дня. Неестественные тени вставали на земле; птицы молчали на ветках, а животные сбивались в кучу, не понимая, спать или пастись; храмы были переполнены, люди в них выли от страха и прятались под покрывалами.
А Нин двигался к Аскелону. В самом Аскелоне лорды на тайных встречах обсуждали странное поведение Короля. Некоторые говорили, что это звезда свела его с ума, что она коснулась его, как коснулась людей, укрывшихся за могучими стенами Аскелона. Другие говорили, что к нему вернулась давняя болезнь. Но все одинаково думали о том, что будет, если рыцари и солдаты поймут, что Король-Дракон не сможет вести их в битву, а еще никто из них не питал надежд на то, что удастся выдержать долгую осаду. Рано или поздно придется встретиться с врагом на равнине, и либо победить, либо…
Многие отчаянно надеялись, что Эскевар успеет восстановиться, чтобы хотя бы для вида повести свои войска в бой. А роковая битва все приближалась.
* * *
– Есть новости? – обеспокоенно спросил Эскевар. Он лежал в постели, и сейчас никто бы не сказал, что с ним что-то не так. Бьоркис и королева стояли рядом с ним, лорды жались у дверей.
Лорд Радд взял на себя ответственность говорить от имени остальных. Он отважился приблизиться к постели Короля, преклонил колени и вымолвил:
– Сир, мы не получили никаких известий, а теперь и не получим. Войска Нина окружили замок. Они расположились на равнине и захватили город. К замку пока не приближаются, но это ненадолго. Аскелон осажден.
– Итак, началось, – устало вздохнул Эскевар. – Я надеялся, что гонец от лордов севера сможет пройти, сможет принести весть об их решении примкнуть к нам.
– Боюсь, уже поздно. Даже если бы гонца послали, он не смог бы пройти через вражеские порядки. Да и лорды севера тоже не смогли бы прийти. – Лорд Радд взглянул на остальных пэров и поспешно добавил: – Мы бы тоже хотели как лучше, сир.
– Вам будет лучше, если станете Его просить, – ответил Эскевар.
– А еще мы бы хотели, чтобы вы показались рыцарям и солдатам, Ваше Величество. Ходят слухи... – Радд замолчал, сообразив, что и так сказал лишнего.
– Слухи? Ах, да, слухи… Не бойся меня разозлить. Я прекрасно знаю, о каких слухах ты говоришь. Продолжай!
Радд нервно посмотрел на остальных, ища у них поддержки.
– Ну? – гневно потребовал Эскевар. – Говори, человек!
– Говорят, что вы изменились, сир. Что у вас нет воли к сопротивлению…
– То есть люди считают, что я безумен! Ты ведь это хотел сказать? Так и говори!
– Да, сир. – Радд опустил голову.
Эскевар сделал движение, словно собирался вскочить с кровати.