Что-то, отвлекаться я стала, оно не мудрено, скоро от такой жизни заикаться и забываться начну. В общем, иду, в пресквернешем настроении, и думаю, кого бы укусить. Видимо выражение лица у меня было соответствующее, потому, как первый же встречный мне эльф, даже присел слегка, от испуга. А я затормозила на полном ходу перед ним, такого эстетически приятного зрелища, давненько не видела, разве, что в музее, в данном случае, статуя Давида отдыхает только ростом не вышел. Чудо дивное. Диво чудное. Прелесть. Парис с ушами, Апполоша эльфийский. Глазенки просто огромные, голубые, как небо в солнечный день, волосы просто отпад, пшеничное поле под тем же небом, а сам весь гладенький, просто загляденье. И опрятный, аккуратный, нарядный, чистенький. Рубашечка белыми шелковыми манжетами сияет, сюртучок сидит как влитой, и еще, увы, ах, родинка на румяной щечке… Я хочу, хочу тебя заморозить и поставить посреди комнаты, просыпаться по ночам и любоваться.
Эльфеныш, и такой миленький, стеснительный. Очень пощупать захотелось. Эльфик, видать, мои желания оценил, перепугался еще пуще, прижал, уши, и вознамерился бежать. Поздно, я увидела их. И уже ничто и никто, не смогло бы его спасти от моей неуёмной любви. Его ногти, наманикюренные, и накрашенные черным лаком ногти. Лаком!!!!!!! Эльфеныш попал. Я прыгнула прямо на него и схватила перепуганную детку за руку.
— Проси все, что хочешь, я буду твоей рабой, что угодно — в запале начала я, а эльфеныш совсем скукожился, как воробей под внезапным дождиком. Он чего вообще? Такое ощущение, что я грозная мамка, заставшая свое чадо за незаконным поеданием вареньем, и теперь детка вся в предвкушении от акции: надеру тебе уши, зараза.
— Пожалуйста — заныла я, лак для ногтей очень хотелось, и подводку, какая классная у него подводка, стоп, стоп. Подводка? Так, я, кажется, впервые встретила нетрадиционное рядом. Вот кого мне напоминал эльфенок, экзотических героев слэш романов. А, что я девочка взрослая, читала пару раз нечто подобное, в конце, концов, даже самый законченный моралист, где-то в глубине души, очень хочет посмотреть, хоть одним глазком, по ту сторону жизни так сказать.
Как, замечательно! А вдруг мне повезло, и я обрету друга, практически как героиня фильма «Любовь и другие катастрофы», будем с ним вместе обсуждать проблемы прыщей и способы хомутания мальчиков, какая разница, в конце концов, с кем заниматься таким увлекательным делом, с эльфом будет гораздо захватывающе, я думаю.
Эльфенок тем временем все пытался вырвать белу рученьку из моего стального захвата, ну, его можно понять, он же еще не знает, какое счастье на него свалилось. Я собралась с ним дружить по любому, главное не задружить его до икоты.
— Мы, наверно, неправильно друг друга поняли, высокородный князь — я решила зайти с другой понятной для эльфа стороны и быть предельно вежливой — Я вовсе не хотела вас напугать, просто нечасто встретишь мужчину с такими ухоженными руками. Особенно с учетом того, что я давно мечтаю о таком украшении ногтей, как и у вас. Я просто, хотела спросить, рецепт средства, которым накрашены ваши ногти. Я же женщина, вы должны понять, ну, очень, хочется быть красивой. Конечно, настолько изысканной как вы, у меня вряд ли получится, но нет же предела совершенству.
— Ты что издеваешься? — заверещал эльфеныш.
Ну, начинается, а я то уже поверила, и прониклась мыслью, что эльфы тоже людьми бывают. А тут. Интересно в чем конкретно издевательство? В том, что я до него дотронулась? Или в том, что обратилась к нему с просьбой?
— Я не высокородный князь, и об этом все знают — с горечью выплюнул эльфенок.
— Н-да? Я не знала. Прости. Ну, это к лучшему. Терпеть не могу высокородных.
— Но я им был! — оскорбился эльфик.
— Тем, более, нет худа без добра. Всегда приятно стать нормальным — уверенно припечатала я.
— Ну, ты…..Я все потерял — запечалился красивеныш.
— Я, конечно, тебе очень сочувствую, но как дойра, проникнутся полностью твоей бедой не могу. Давай, вернемся к насущному, ногти!!!! Ну, пожалуйста! Для меня это очень больная тема, и я чувствую, что только такой благородный, не высокородный эльф, как ты сможет мне помочь — я снова сжала его руку, эльфенок поморщился.
— А ты не могла бы, отпустить руку, больно же!
— О, прости, на этом чертовом боевом факультете, скоро в мужика превращусь, одни тренировки, и никаких женских радостей.
— Сочувствую, только черной субсендии у меня не осталось, одна зеленая, с твоим костюмом сочетаться не будет — ти моя лапа, ну, как приятно встретиться с понимающим человеком, ну, хоть кто-то в этом гадючем мире, наконец-то сможет понять мои терзания. Гадя их, конечно, разделяет, но глубоко поневоле, куда ж от неуемной меня денешься.
— Я бы предпочла красный, а средство, закрепляющее, чтоб субсендия не слазила у тебя есть?
— Ух, ты, я как то об этом не думал, спасибо за идею, попробую сварить — оживился красотуля ушастый.
— Так, ты зельевар? — уточнила я.
— Да, только я недавно залил реактивом любимый цветок магистра Флер, боюсь, цветы Кардмюна она мне не даст, а без них алой субсендии не получится — развел ручонками эльфик.
— Ну, с мадам Флер я как-нибудь договорюсь — уверенно подмигнула я.
— Так, ты Нина, божественная дойра, студентка, которая никогда не ошибается в рецептах — поразился эльфеныш.
— А откуда ты про меня знаешь? — в свою очередь поразилась я.
— Так про тебя весь наш корпус знает, все ставят ставки, когда тебя Ванг Вонг уничтожит — простодушно признался эльф.
— Да, и на кого ты ставишь?
— Меня не берут в эти игры, со мной никто не хочет общаться, мы даже с соседом по комнате никогда не разговариваем, я ему противен — передернул плечиками эльф
— Ну, тут я тебя очень даже понимаю, у самой та же байда. Только мне с соседкой повезло, она со мной очень даже разговаривает, и даже любит, по своему, конечно. Слушай, ну, со мной, то понятно. Дойра, как бельмо на глазу в этом благородном гадюшнике. А с тобой, что не так?
— А ты, правда, не знаешь? — недоверчиво уточнил уменьшенная копия Адониса с ушами.
— Ну, если бы знала, наверно, не спрашивала бы.
— Меня изгнали из рода, лишили титула, и семья со мной не общается — трагическим шепотом сообщил эльф.
Ну, я, пожалуй, догадываюсь, почему. Вот бы я поразилась, если бы в этом центре неадекватного расизма вдруг бы стали поддерживать мальчиков с нетрадиционной ориентацией. Эх, где мой толерантный земной мир начала двадцать первого века, ведь хороший мальчик, добрый, отзывчивый, ну, и какая разница, кого он любит, да никакой. И поговорить ему, видимо, просто не с кем, раз он со мной уже полчаса к ряду распинается.
— Бывает, но ты молодец — поддержала я.
— Почему?
— Ну, не каждый может быть таким смелым, и отстаивать свою точку зрения. Отказаться от всего, чтоб остаться верным себе, даже если весь мир против. Это заслуживает уважения.
— Ты, понимаешь, что я не мог иначе? — облегченно выдохнул эльф.
Да, где мне не понять, сама такая, что мне мешало, отдаться Рисаю, и не иметь проблем. Но…..Есть предел, через который не могу переступить и все.