В комнату ворвались два стража и потеряли дар речи, зато я ничего не теряла.
— Что вы стали остолопы? Совершенно нападение на инспектора при исполнении, в карцер меня живо! — рявкнула я не хуже маршала на параде.
— Стоять, я не позволяю — очнулся Обер.
Я состроила козью морду, угрожающего характера.
— Я сейчас из него помидор сделаю, а из вас — стражей порядка на бараньих ножках.
Охранники впечатлились, наставили на меня пики, и я ланью поскакала впереди них, Обера они заперли до выяснения, чем не мало меня порадовали. Девиз этой тюряги: лучше перебдеть, чем не добдеть, сейчас играл мне руку.
Я бежала как во время кросса, охранники еле поспевали за мной, и успокоилась только тогда, когда за мной закрылась решетка. Ну, здравствуй любимый мокрый пенальчик.
— Господин страж — жалостливо позвала я охранника. — А скажите, инспектор Обер сюда не добреется?
— А он что тебя……..- задохнулся страж
Я пустила слезу, тем боле, что в сложившейся ситуации это было сделать несложно.
— АХ, он сучий айве дейский сыночек — охранник втянул носом воздух.
Оборотень, медведь, краем сознания отметила я.
— И как не стыдно? Невинная девушка. Ты, вот, что не плачь, я тебе сейчас бумагу принесу, и напишешь все под мою диктовку. Совсем распоясался выродок, позор для всех оборотней, айве его где-то нагулял, сюда присунул, вот не зря его Варн Нарх брать не хотел. А лет то тебе сколько?
— Двадцать три
— Великий Зарх, ребенок совсем — смачно сплюнул на пол страж. У оборотней, девочки считались совершеннолетними в сорок, общая протяженность жизни этой нации около 250 лет.
Я жалостливо всхлипнула, чем окончательно добила сердобольного Топтыгина, ну, хоть в чем-то мне повезло. Только один вопрос не на шутку пугал меня, при чем здесь моя кровь? Что за чертовщина, и какое она имеет отношение к процессу зачатия? Море вопросов, и ни одного ответа.
Четвертую по счету жалобу я тоже написала, а что лишним не будет, надо верить в лучшее, что хоть одна найдет отклик в сердце адресата.
Остаток ночи я по понятным причинам не спала, а утром, как часы, явился Ванг Вонг, и вести у меня для него были неприятные, когда меня отсюда выпустят непонятно, соревнования горели на корню.
Ну, что ж не беда. Есть у меня задумка, как моим мальчикам выиграть и без меня, но с моей помощью.
Про ситуацию, которая произошла ночью, я рассказала Итару без утайки. Он внимательно выслушал и долго молчал, немного растерянно глядя на меня. Так долго, что мой жалостливый медведостраж на него прикрикнул:
— Уважаемый айве, вы чего девочку пугаете, у нее и так ночка выдалась неспокойной, не смотрите, убьете ведь ребенка.
— Она ведьма, я ей не страшен — отмахнулся лордик.
— Итар, что это значит? Ты ведь понял, что хотел Обер, причем здесь моя кровь? — допытывалась я.
— Нина, я не могу сказать, высший маг запрет. Это все хорошо для тебя, и одновременно плохо, я пойду к Моркану, он имеет влияние на Варн Нарха. Все наладится, ты ни в чем не виновата. Только Нина, я не успею тебя вытащить к соревнованиям. Мы в пролете, там целый участок построен на тебе. Что же делать?
Ой, кто о чем, а Итар о своем.
— Не, ной, мой мальчик, солдат ребенка не обидит, если ты похлопочешь обо мне, я обеспечу команде победу — уверенно сказала я. Расспрашивать об играх крови и дальше я не видела смысла, маг запрет высшего порядка не снимали даже проклятия.
— Но как? — ой, у одного моего знакомого айве дейка глазки загорелись надеждой.
— Сделаю нинозаменитель. Слушай меня внимательно. Сегодня ты пойдешь на поклон к Гаде. Сам пойдешь, не кривись. Она с Брогом в ссоре, так, что хочешь пожинать лавры победы, умей кланяться. Запоминай, ты попросишь у нее 5 заготовок, и магический набор № 3 и 10. Хорошо проси, к ручке приложись. Все это принесешь мне, и договорись с охраной, чтоб они немного закрыли глаза. Завтра, к вечеру явитесь ко мне сюда полным составом. Я надену вам артефакты, заговоренные на моей крови, с полным набором моих фирменных подлянок, я должна их надеть своей рукой, ну, и за одно прокляну вас пару раз, для надежности. И предупреждаю, там будет проклятие на случай поражения, с унитаза неделю не слезете всей гоп бригадой. Это так для придания лишнего ускорения. Если, магистр Кеноби, тренер драконоборцев в случае вашей победы начнет возникать. Вот возьми.
Я протянула Итару бумажку.
— Просто прочтешь, здесь все написано, по закону, при отсутствии одного из игроков по уважительной причине, команда может воспользоваться его маг наработками. Ты все понял, мой айве?
— Нин, что мне делать с Тирессией? — невпопад спросил Итар. Не, он вообще меня слушал, Хрюша влюбленный. И Тирессия чудит без баяна, в знак детского протеста продолжает крутить со своим дейраном, на практике, оказавшемся иждивенцем и неудачником. Замахали меня эти благородные дети своими терзаниями, поцапаются, а потом каждый по отдельности ко мне за советом прибегает.
— Вот мне только твоих любовных терзаний сейчас не хватало — проворчала я — Ничего не делай, соглашайся с ней во всем, тебе лишь бы ее до венца довести. А потом, когда добьешься своего, научу как ее смягчить без ущерба, и без насильственных методов, а то я тебя знаю, мистер убогая чуткость и извращенная забота.
— Ведьма!
— Лордик!
Ну, у каждого в жизни своя запятая, кто, как любит здороваться и прощаться, мы с Итаром обзывались, причем к обоюдному удовольствию. На этой благостной ноте я с лордиком и расстались.
А ночью ко мне явился незнакомый нют и напугал меня до одури, я в этой тюряге скоро заикой стану, ни минуты без чрезвычайных происшествий.
— Ты ведьма Нина? — спросило маленькое бородатое создание.
— Ну, я, ты чего пугаешь? — хриплым спросонья голосом ответила я.
— А чего, чего? Меня Карлсончик прислал о тебе позаботится. Чего тебе тут не хватает?
— Ну, знаешь, очаг не помешал бы, а то холодно, коврик под ножки, занавесочки, да теплое одеяльце — навскидку прикинула я
— Ну, так, чего, чего, счаз сделаем.
— Что правда? — поразилась я — Моя ж ты рыбонька. Да, я как отсюда выйду все, что хочешь тебе сделаю!
— А что можешь? — заинтересовался нют.
— Одежду могу, готовить могу, имя дать могу, говори что хочешь?
— Сапоги хочу и все остальное — затребовал малыш, губа не дура.
— Сапоги — протянула я — ну, не знаю, я попробую уменьшить взрослую модель, если с тканью получилось, может и с кожей выйдет.
— А имя? — запрыгал вокруг меня нют.
— Будешь Нафаня Рыбонька — провозгласила я.
— Ура, я теперь главный по тюрьме буду, не обманул Заюшка, хорошая ведьма, добрая, хоть и вредная.
— А покушать, ничего нет? — жалобно спросила я. Кормили в этом хранилище преступников из рук вон плохо, скоро загнется одна тощенькая я.
— Ой, как же это? Такая красивущая ведьма, и не кормят? Они что здесь сказились? Беду ж накликают. Ты не серчай, ведьма Нина, я мигом.
В общем, через час охранник Топтыгин, лицезрел идеалистическую картину, меня в аквамариновых тонах с пирожком в зубах. Видимо любимый цвет этого нюта. Под ногами у меня кобальтовый коврик, на кровати покрывало электрик, занавесочки васильковые, и очаг горит синим пламенем.
— Это что? — удивился страж.
— Это нют — лениво ответила я, и сквозь решетку протянула ему архитектурное оправдание сего синесиятельного интерьера, коряво подписанное Нафаня — Рыбонька.
— Пирожок будете? — протянула я мишке хлебобублочное изделие нютовского изготовления.
— Благодарствуйте, госпожа ведьма, я и забыл, что настоящие ведьмы с нютами дружат.
— Так, вы скажите, что вам здесь нужно? Я нютика попрошу, видите, какой он мастер на все руки.
— И что не побрезгуете простым стражам помочь? — удивился Топтыгин.
— А чего, брезговать? Я дойра, с Северных пустошей, чинов не различаю, знаю, что людям хорошим надо помогать.
— Дойра? Да, не врите. Вы эти сказки другому рассказывайте. Я давно на свете живу, благородную, от простушки уж как-нибудь отличу. Только не мое это дело, одно скажу, хорошая вы девушка, госпожа ведьма, а Оберу достанется.