Пухлая мамаша зашипела, поправляя малышу задравшуюся курточку:
- Я тебе сколько раз говорила, чтобы ты с ним даже не разговаривал, чтобы ты близко к нему не подходил!
Она шипела вполголоса, но достаточно ясно, чтобы её услышал не только сын. И Нина услышала, и нахмурилась, но быстро взяла себя в руки. Она сочувственно улыбнулась и, проходя мимо, заметила:
- Вы не беспокойтесь, он и не подходил. Нас не было. Мы только что приехали.
- Лучше бы и не приезжали, - бросила толстуха.
Заведующая, видимо уловив назревающий конфликт, поспешила им навстречу.
- Здравствуйте, Елена Филипповна, здравствуйте, Нина. Маленькое объявление…
Пухлая мамаша перебила её, торопливо проскакивая вперёд:
- Я к вам зайду потом в кабинет, мне надо с вами побеседовать. Тет на тет.
Заведующая, со скрытой иронией поглядела вслед забавной парочке и повернулась к Нине:
- Все такие нервные, просто ужас. А вас, Ниночка, так давно не было.
- Пожалуй. Но теперь мы снова здесь.
- Да-да, - она с любопытством разглядывала Нину. - Вы не загорали в этом году? Странно, говорили, что вы отдыхаете в Греции… Знаете, у нас увеличился благотворительный взнос, уже давно, а место за вами оставалось…
- Сколько я должна? - спросила Нина.
- Да-да… Потом вы ещё пропустили несколько праздников, к нам приходили артисты, приезжал зоопарк, это тоже всё входит.
- Конечно. Я оплачу.
Удовлетворённо кивнув, заведующая потрепала Петьку по голове:
- Петя, беги в группу…
Нина едва успела обнять Петьку, но от поцелуя он ловко уклонился.
Когда за убежавшим Петькой захлопнулась дверь, заведующая заговорила совсем иным тоном:
- Тут про вас ходили ужасные слухи, Ниночка. ОМОН, криминал, психическая экспертиза… Я лично ничему не верю. Это всё, конечно же, неправда?
- Это правда, - спокойно ответила Нина, доставая кошелёк. - Это что-то меняет? Нам подыскать другой сад?
- Все такие нервные, просто ужас. Почему же сразу другой? При чём здесь невинный ребёнок? В жизни всякое может случиться. Но, вы же, по-прежнему известная модель Нина Силакова. Это - самое главное.
- Сколько я вам должна?
- Лично мне вы ничего не должны, - поправила её заведующая. - Зайдите ко мне вечером, я посчитаю вашу задолженность.
Дома Нина разыскала папку, в которой хранила все свои старые контракты где-то среди них, она точно помнила, должен был лежать список всех модельных агентств Москвы. Когда-то он оказался в папке только потому, что на первой странице красовался очень удачный портрет Нины. Кто же знал тогда, что спустя три года ей самой придётся набирать все эти телефонные номера…
И кто же мог предвидеть, что во всех агентствах ей будут отвечать одинаково, хотя и с разными интонациями.
«Спасибо, в ваших услугах не нуждаемся», «Силакова? Нет-нет, извините, для вас у нас нет работы. И больше не звоните сюда», «Позвоните через неделю, может быть, что-нибудь появится», «Да-да, я помню, мы вас приглашали. Но это было давно. Мы вам позвоним, когда появится необходимость».
Она зачеркнула последний номер в этом списке и отбросила глянцевый проспект. Лицо, глядевшее на неё с обложки, казалось печальным. «Какой худой я была тогда, - подумала Нина, подняв проспект с пола. - И что они все во мне тогда находили? Кожа да кости. Нина Силакова, агентство «Маркиза».
Ниже, под портретом, виднелся телефонный номер, ещё не перечёркнутый. И Нина позвонила по нему почти машинально, не сразу поняв, что это номер её собственного агентства.
«Ладно, - решила она, - последний звонок для очистки совести». Нине меньше всего хотелось бы сейчас услышать голос администратора Пестровой, поэтому она быстро проговорила:
- Будьте добры Катю Кривченко:
- Ба-а! Силакова! - после недолгой паузы ответил знакомый голос подружки. - Здорово! Где же ты пропадала всё это время? Тебя из агентства выгнали.
- Катя, помоги мне. Мне очень нужна работа. Любая.
- Ну-у… даже не знаю. Тут о тебе такая волна прокатилась… про тебя и слышать нигде не хотят. Знаешь, кому нужны эти разборки - менты, киллеры. Отсидись годик, потом видно будет.
- Что ты, Катя! Какой годик! Я и так… У меня ребёнок…
- Да-a, старуха. Узнать бы, кто про тебя это всё распускает, язык бы вырвать… Хотя я догадываюсь. Хочешь, скажу?
- Нет. Мне всё равно.
- А ты, я вижу, всё такая же. Жизнь тебя ещё не обломала. С работой, старуха, сейчас плохо. Страшная конкуренция. Ты лучше поищи себе что-нибудь другое. Типа уборщицы.
Ещё минуту назад Нина решила, что этот звонок будет последним. Но злорадство, неприкрыто звучавшее в голосе бывшей подруги, придало ей новых сил. И Нина стала обзванивать всех своих знакомых. Теперь она была согласна на любую работу.