— Ох, Мистер Сноварт, я столько для вас сделала ради этой операции, а вы спутали меня в свои приключения. Какая неблагодарность, — выдыхаю, оторвавшись от воспоминаний того кошмара, в который превратилась моя жизнь за последние три года.
И по моим планам он должен был закончиться сразу после операции. Даже восстановление выпадало на послекошмарный период. А тут, ах! Какой сюрприз — я "особая" гостья Ямана Демира. Нет, мне, конечно, льстит высокий уровень комфорта этого дома, а также повышенное внимание его хозяина, но и в палате клиники было бы то же удобно.
Ладно. Чем быстрее пройдет мое восстановление, тем быстрее я вернусь в клинику, а оттуда домой в Россию.
— Всего один обед, ты справишься, — утешаю себя и, отпрянув от дверцы, распахиваю её, — Ооо, — вырывается невольно, ибо то, что я увидела, очень меня удивило.
В шкафу на вместительных полках аккуратными стопочками лежали мои вещи. Я-то думала, что все мои вещи здесь это те, что отправились в стирку, и те, что на мне. А тут, оказывается, абсолютно вся моя одежда, которую я брала с собой в эту поездку. Скорчив гриммасу капризного ребенка, принимаюсь за поиски моего чемодана. Не, ну, вдруг его тоже сюда доставили.
Конечно же, его здесь нет.
Как же предусмотрительно! А вы, мистер Демир, не так просты, как кажитесь!
Шумно выдохнув, что, кажется, скоро войдет у меня в привычку, начинаю шариться по своим вещам. Припоминаю, что брала с собой тонкую шёлковую бзузу светло-салатового цвета с коротким рукавом, а к ней лёгкие брюки нежного кремового оттека, с завышенной талией, узкие к низу и не доходящие длинной до щиколотки. К брюкам достаю бежевый ремень и уже прикидываю, как классно это все будет на мне смотреться. И только после отмечаю, что вещи требуют глажки. Оглядываю комнату в поиске утюга или отпаривателя, но ими здесь явно не пахнет.
Что мне там говорил Доктор Сноварт, ко мне приставят помощницу? И как скоро, интересно...
Мои размышления прерывает непродолжительный стук в дверь. И тут же входит невысокая девушка. Она явно американка, потому как сразу принимается задавать кучу вопросов. О, да, американцы очень любят поговорить. И намного охотнее, чем русские, что совсем невяжется с принятым о них мнением.
— Как вы себя чувствуете? Уже закончились ваши процедуры? Я Молли, и я ваша помощница. Вы на обед собираетесь? Позвольте, я распоряжусь, чтобы ваши вещи отпарили, — и она очень быстро оказывается рядом, лёгким движением руки забирает у меня вещи. И пока я ищу, что сказать, исчезает за дверью.
Молли, значит. Хорошо...
Обычно такие балтушки могут дать много полезной информации. Хотя зачем мне она? Я же не на задании...
Так и стою с минуту, прикидывая, за что мне свыше послали Молли — в дар или в наказание. Останавливаюсь на том, что всё же в дар. Чтобы больнее терять драгоценного времени, отправляюсь в ванную. Нужно что-то придумать с волосами. Или хотя бы расчесать их, тоже было бы неплохо.
Осматриваю принадлежности аккуратно разложенные на притуалетном столике. Чего тут только нет: крема, шампуни, мыло, щётка, паста, фен и расческа.
То, что нужно!
Облакатившись на одну руку, другой берусь за расческу и медленно принимаюсь их расчёсывать.
— Вот, держите, всё отпарили. О, вы расчесываетесь! Давайте я вам помогу, — врывается в мое уединение Молли и тут же спешит выхватить у меня расческу. И прежде, чем я решаюсь возразить, оправдывается,— Доктор велел присматривать за вами и помогать абсолютно со всем. Он сказал, что так вы быстрее восстановитесь.
А никому не кажется, что это уже перебор? Ну, не могу я быть настолько беспомощной?!
— Молли..., — начинаю мягко. Нужно как-то вежливо и очень тактично донести до этой милой девушки, что можно, а что нельзя со мной делать.
Но, видно, удача сегодня не на моей стороне, ибо моя новая знакомая спешит меня опережает.
— У вас такие красивые волосы. А какие длинные... Я вот как ни старалась, так и не смогла отрастить их ниже лопаток. Они секутся, а потом ломаются...
Ну, что на такое ответить?!
— Сочувствую...
Я более не мешаю Молли заниматься моими волосами. Она очень бережно их причесывает, уговаривает оставить распущенными, в чем я непреклонно ей отказываю. Там мы собираем на моей голове лёгкую, чуть небрежную кому. Даже не замечаю, как мое настроение летит вверх, отчего смело подвожу глаза и губы. Последний штрих — и небольшая шляпка песочного цвета оказывается поверх моей незамысловатой причёски.
— Вы очень красивая, — восхищённо вздыхает Молли.
— Спасибо. Ты тоже очень красивая
И это правда. Молли невысокая стройная девушка, на вид младше меня на пару лет. Обладательница кудрявых каштановых волос длиной чуть ниже плеч, тонких пальчиков, миловидного лица с красивыми тонкими губами. Её внешность никак не уступает моей. Так что тут скорее всего дело в самооценке.
Вглядываюсь в своё отражение, остатавливая взгляд на загипсованном носе. Понуро выдыхаю и решаю натянуть шляпу пониже
— Так лучше... Мне нужно переодеться и тогда можно идти. Или ещё рано?
А ведь, действительно, я же не уточнила у Доктора, во сколько обед и в каком виде на нем нужно присутствовать...
— Всё верно. Вы успеваете.
— Ооо... Отлично.
Я устремила свой взгляд на Молли, как бы давая понять, что жду, когда она выйдет, чтобы я могла переодеться. Долго так смотреть не пришлось, девушка уже через секунду поспешила на выход. И как только дверь за ней закрылась, я ощутила, как волна странного возбуждения прошлась по всему телу. Ощущение было такое, словно я прибываю во сне, и хотелось себя ущипнуть, чтобы поскорее проснуться.
Не знаю, почему, но переодевалась я очень быстро. Придирчиво осмотрела себя в зеркало, и, нахмурив брови, двинулась к двери.
— Главное, держать язык за зубами и не привлекать к себе внимание, — бросила себе последнее напутствие перед тем, как покинуть комнату.