-- Конечно..., я приму ваши слова к сведению, и друга обязательно предупрежу. Очень приятно что вы молодой, а такой понимающий. Но, на её интеллигентный ответ водитель не отреагировал, он вообще стал вести себя как-то по-другому.
Они выехали на центральную дорогу, после чего машина стала странно петлять, внезапно останавливаться, словно перед ней было препятствие. Голова парня, крутилась из стороны в сторону, ей показалось, будто он что-то высматривает.
Сначала, Нина подумала, что он ищет нужный адрес, -- однако на его передней панели, был закреплён телефон, из недр которого, приятный женский голос методично вещал, --«Поверните на право, поверните на лево,» -- думать и искать что-то, было вообще не нужно. Слушай, да крути баранку куда велят.
-- Хуже, чем на конвейере, -- подумала она, жалея нынешнюю молодёжь. Совсем разучатся извилинами шевелить, что им скажут то и будут делать.
Езды до гаражей было всего ничего, можно было и без интернета доехать.
-- Но зачем утруждаться, так же проще! - подумала она за него и увидела, как крепко, сжимали руль его руки. Как плечи опустились и приблизились к передней панели.
Заинтересованная таким странным преображением, Мороженица, с присущим ей любопытством, стала вертеться по сторонам. Спустя буквально пару минут, после того как их старенькая машинка совершила очередной кульбит, шарахнувшись от чёрного «Лексуса» в чужую подворотню. Она была неприятно ошарашена, осознанием того, что, её водитель просто боялся преследования.
Вжавшись поглубже в старенький потрёпанный диванчик, она задала себе вполне резонный вопрос, -- А кого он опасался, от кого прятался? Такой молодой, по началу смелый: на поверку оказался обычным «Зайцем во хмелю.»
Может не зря, её Оксана предупреждала, -- Что, могут и из подземли…! - по её спине пробежал холодок, а в памяти всплыл недавний писк мобилы.
Перед глазами в который раз заболтались манящие голубенькие занавесочки. Смеющиеся лица подруг заставили её улыбнутся и тут же все её страхи отправились в одно очень значимое, но не вполне литературное место.
За окнами старенькой машины, мелькали знакомые дома, витрины продуктовых магазинов: такси неотвратимо приближалось к пункту назначения.
С каждой минутой, её боевой настрой усиливался, Мороженица знала, что чем больше трудностей встретится на её пути, тем сильней ей захочется их преодолеть.
Ну человек она такой, не любит тишины покоя и уюта. Хотя, думает то она иначе, как любая женщина, -- мягкие подушки белые диваны! А дай ей всё…, она скажет нет, хочу другого.
-- Ребята поди уже на месте, -- заметив не в далеке серые ржавые постройки гаражей и пятиэтажку, место её десятилетнего проживания или прозябания, хвостом выглядывающую из-за них, подумала она.
Вытянув шею Нина стала прикидывать, как бы поближе остановить такси, чтобы его, не было видно с дороги.
«Риск конечно благородное дело, но чего с огнём шутить. Если паренёк так трясётся…, значит есть прецеденты.»
Выбрав место рядом с последним, самым ржавым гаражом, внутри разрушенного чрева которого, росло большое раскидистое дерево, Нина постучала по плечу водителя одним пальчиком
-- Стой здесь и не с места! С сомнением посмотрев на потерявшего былую хорохористось парня, строго добавила. – Если что…, сигналь, в беде не брошу! После её слов, водитель ещё больше побледнел. А она расплылась в улыбке.
-- Да ты чего. Кто тебя так напугал.
Одёрнув растянутую в начале поездки кофту она плавно и тихо закрыла дверь салона, дабы ещё больше не напугать паренька. Затем внимательно осмотрела место где припарковалась машина удовлетворённо цокнула языком и пошла вглубь знакомого ландшафта.
Глава 23
Темные, ржавые, останки гаражей, стояли здесь уже не один десяток лет. Медленно и неумолимо они молча уходили под землю. Многие крыши, подёрнулись зелёно-сизым мхом, интеллигентно прикрывшим дыры, но не защитившим постройки от влаги, сочившейся с неба. Вода, беспрепятственно проникая во внутрь, методично разрушала всё то, -- что попадалось ей на пути.
Среди полусгнившего железа: иногда, можно было разглядеть и кирпичные постройки, но и они не блистали ухоженностью.
Кирпич также, как и железо не водил дружбу с водой, снегом, засухой и ветрами. Из красного и белого он превратился в бурый, обкусанный со всех сторон, продырявленный, изъеденный хлам. Если железные гаражи, -- хоть как-то держали внешний облик, подчёркивая, «Я хоть и рухлядь, но я хранитель, -- у меня есть ворота!»