Перед самым перерывом старания одноклассников увенчались успехом и довольные и уставшие все рухнули на свои места. Как наименее уставшего, оператора командировали за напитками. Вернувшийся с добычей Нино обнаружил, что за время его отсутствия деятельные девицы Буржуа и Сезар умудрились не только познакомиться с группой мальчишек лет десяти, сидевших на несколько рядов ниже их класса, но и назначить соревнование на предмет того, кого больше раз покажут на экранах за следующий период. На этот раз Нино тоже определили в танцовщики, и к концу второго периода Ляиф шлепнулся на место совершенно без сил. Спор они выиграли и Нино наделся, что хотя бы в последней части ему дадут, наконец, посмотреть спокойно хоккей. Или умереть по-тихому в уголке. Он просто отказывался понимать, откуда Альи, раскрасневшейся, в сбившейся одежде, с растрепанными волосам, но совершенно счастливыми глазами, столько энергии. Маринетт и Адриан вообще не выглядели хоть чуточку уставшими, так, немного запыхались. Будто для них в порядке вещей такие долгие физические нагрузки и всяческие выкрутасы.
Стоило лишь подумать об отдыхе, как операторы подкинули очередную подлянку: под радостные вопли попсовой песенки «Kiss! Kiss! Kiss!», доносящиеся из динамика, на экранах, в окружении сердечек, начали показывать парочки из зала, которые, заметив себя, демонстративно целовали друг друга на камеру. Чаще всего, это был чуть смущенный или смешливый поцелуй в легкое касание губ. И Бражник бы побрал этих операторов, которые из тысячной толпы зала, помимо прочих, решили вдруг выхватить небезызвестную Нино парочку, сидящую от него по правую руку. Адриан и Маринетт, до этого что-то весело обсуждавшие, не сразу и заметили происходящего, а когда заметили, то впали в такой ступор, что не могли и пошевелиться. Изображение на экране сменилось, а застывшие истуканами друзья так и остались сидеть на месте. Перерыв между периодами Нино провел приводя друга в чувство, слушая его сбивчивые душевные терзания и размышляя о том, почему его вроде бы умный бро такой идиот. Алья утащила Маринетт проветриться, а ребята пытались угомонить Хлою, рвавшуюся провести разборки с «тупицами-операторами».
Третий период прошел относительно спокойно, школьники наконец-то обратили свое внимание на ледовую арену, где между прочим, разошедшиеся команды уже успели вывести счет игры на 2:2. Обстановка на поле накалялась и болельщики что есть мочи подбадривали своих игроков.
Когда во время очередного тайм-аута Нино опять услышал «Kiss! Kiss! Kiss!», он понадеялся, что в этот раз обойдется без эксцессов, однако появившиеся на экране Хлоя и Натаниэль, вызвали громкие визги первой и, кажется, обморок второго. Картинка быстро сменилась на взрослую целующуюся парочку, и Ляиф внутренне расслабился, решив, что операторы больше не станут лезть к школьникам, уже дважды разочаровавшим их ожидания. Что вообще за дурацкое развлечение на спортивном матче? Однако стоило только об этом подумать, как под последние аккорды слащавой песенки Нино, да и все прочие, лицезрел на экране свою собственную физиономию, ошалело хлопающую глазами. Он только и успел услышать, как рядом рявкнули: «Ну я вам сейчас всем покажу, как целоваться надо, позорники!», и почувствовать, как его тянут за грудки, а следующий момент кто-то весьма определенный так рьяно ткнулся ему в губы своими губами, что кажется, поцелуй начался с удара зубов и покалеченного носа. Пыла мадемуазель Алье Сезар всегда было не занимать.
***
И Нино, и Алья предпочитали жить сегодняшним днем, не возводя громадных планов на будущее. Не то, чтобы они оба не считали свои отношения чем-то серьезным, просто плыли по течению и наслаждались обществом друг друга.
Когда Нино, провожавшего Алью домой, пригласила на семейный обед мадам Сезар, парень смутился, но героически решился придти. Тем более Алья весьма спокойно пожала плечами и сказала, что ничего такого в этом нет.
В доме Сезар Нино понравилось: небольшой, но очень уютный, большая семья и теплый прием. Нино сразу вспомнилось, как Адриан рассказывал о то, что ходил в гости к Маринетт и как его приняли ее родители. Нино вдруг тоже захотелось, чтобы в доме Альи ему были рады.
Когда цветы, принесенные парнем, были водружены на стол в красивой вазе, а все расселись по местам, Нино вдруг ощутил себя очень неуютно под направленными на него изучающими взглядами. Ободрительное пожатие руки он почувствовал не сразу, а когда повернулся к Алье, она одарила его лучезарной улыбкой, словно говоря, что все будет в порядке.