Из Кабана вышел весь запал. Он стоял, опустив голову: как ни крути, а наехал на Песца он не по делу.
— Ладно уж, ступай, — разрешил хозяин.
Кабан развернулся обратно к свежепочиненной изгороди.
— Ворота там! — указал Песец верное направление.
Кабан потрусил на выход. Через несколько шагов остановился.
— Вы это… не серчайте, — смущенно хрюкнул он. — Я ж думал, Песцов — злобная тварь, хотел права качать, а оно вон как вышло. Ну да ничего, я сейчас устрою своим похохотайку. Они у меня попляшут!
Маленькие глазки Кабана вновь начали было наливаться кровью, но ненадолго. Предок развернулся мордой к веранде, поклонился и вежливо шаркнул ножкой.
— Счастливо оставаться, — попрощался он. — И как другой раз пульку затеете, зовите меня. Вчетвером всяко веселей будет.
Глава 9
Где-то в Московской Магической Академии
На площадке перед парадным крыльцом Академии было многошумно и многолюдно. Студенты большей частью толпились кучками, разделившись по курсам, группам и прочим первичным признакам. Иные, наиболее шустрые, умудрялись обойти если не все, то большинство группочек, со всеми переброситься парой слов, собрать все слухи и щедро ими поделиться. Но главной сплетней сезона, напрочь перебивающей все прочие, было, конечно же, низвержение Кабановых.
Кабановские родичи с избытком обеспечили жадную до сенсаций публику самыми откровенными подробностями, умолчав лишь о возвращении Предка. Подробности эти смаковались, обсуждались, уточнялись, искажались, но все сходились во мнении, что Кабановых опрокинул всем известный Песцов. Казалось бы, кто такой Песцов? Ну да, захудалый хан варварской страны где-то в самом афедроне мира. А в империи он почти что никто. Ни капитала, ни бизнеса, ни связей. Ну погоны дали, ну орденок привесили. Но это еще не делает человека значимой фигурой ни в экономике, ни в политике. Тем не менее, столкновения с ним Кабанов не пережил. В буквальном смысле.
Казалось, еще недавно Кабановы были один из незыблемых имперских столпов, а нынче в одну неполную неделю только и осталось от рода, что повсеместные разговоры о чрезмерной суровости приговора, да шепотки по углам.
Правду сказать, Песцова никто не осуждал ни в глаза, ни за глаза. Все прекрасно понимали, как ведутся дела меж родов: кто сильнее, тот и прав. Главное не попасться. А если попался — суметь откупиться. Но вот не удалось Кабановым ни провернуть грязные делишки втихаря, ни замазать следователям глаза суммами со многими нулями. Результат налицо. Иные языки, из тех, что позлее, утверждали, что действовал, якобы, не сам Песцов, а его двойник, он-то всё и провернул. Но другие, более осведомленные, тут же вспоминали историю с императорскими регалиями. Кто-то разыскал в Сети недавнюю запись драки у крыльца Академии. По всему выходило, что никакого двойника не было, а все дела сотворил юный Песец лично, собственными руками.
В общем, новостей была масса. Они без конца обсуждались тут и там, обрастая порою самыми фантастическими подробностями. И тут прямо в самую гущу московского студенчества, словно трехтонная бомба в главную выгребную яму, свалилась самая последняя новость. Тот самый Песцов, вернувший императорские регалии, сваливший Орловых и Кабановых, успевший в свои девятнадцать лет вписать своё имя на страницы учебников истории, ближайшие два года будет учиться именно здесь, в Московской Магической Академии.
Девушки за малым исключением были взбудоражены до последней крайности. Достоверной информации о семейном положении героя у широких народных масс не было. Если кто-то что-то и знал, то делиться сведениями не спешил. И большинством голосов многочисленных женсоветов было решено, что парень холост. А раз так, то является законной добычей и заодно ценной дичью. Ведь даже несведущим было ясно, что магический ранг у Песцова немаленький, а неведомые богатства ханского дворца, разумеется, неисчислимые, затуманили рассудок очень и очень многим.
Среди женского пола была объявлена загонная охота на песца. Пикантности ей придавали невесть каким путём разошедшиеся любительские фото Песцова топлесс: уж больно любопытные надписи красовались на его теле. Охотницы правдами и неправдами раздобыли все доступные фотографии и видеозаписи с участием будущего трофея, тщательно их проанализировали и высмотрели еще несколько специфических деталей. В итоге Песцова заклеймили неисправимым бабником и, стало быть, вполне лёгкой добычей для умной и проворной девушки. Немного белого тела, небольшая интрига, пара свидетельниц из числа близких подруг — и вот уже на троне Дикого поля новая ханша.