— Издеваешься? — обиженно насупился Предок. — И над кем? Совсем никакого почтения не стало!
— Да нет, — с мягкой искренней улыбкой успокоил его Олег. — Напротив, забочусь о твоём здоровье. И немного шучу, не без этого. Так ведь и ты при случае шуткануть любишь. Стало быть, юмор понимаешь, и на дружескую подначку не обидишься.
Песец поскреб лапой затылок. Вроде, и обозвали, а, вроде, и похвалили. И что теперь делать? Обидеться или посмеяться? На всякий случай он решил изобразить вежливую улыбку. То есть, слегка оскалился.
Потомок, не слишком обращая внимание на страдания предка, тем временем продолжил:
— Между прочим, у меня к тебе дело есть.
— Опять дело! — надулся Песец. — Нет, чтобы просто так прийти, за жизнь поговорить, прошлое вспомнить. Да, вспомнил! Тут пернатая змея залетала, благодарность просила передать.
— И что?
— Ничего. Вот, передаю.
— А я, значит, принимаю. Ладно, будем считать, что передал. Но дело у меня другое. Есть девочка, будущая моя жена.
При этих словах Песец навострил уши. Всё, что касалось расширения рода и перспектив на потомство, интересовало его в крайней степени.
— Понимаешь, она с одной стороны была наложницей, причем еще у прежнего хана. И досталась мне, можно сказать, по наследству. А теперь нам предстоит заключать брак.
— Так в чем же дело? Укладывай в койку и женись, — похабно хохотнул Песец.
— Ну и пошляк же ты! — поморщился Олег. — Да и не в койке дело. Мы ведь с прежними женами всё делали через перстни, через артефакты, в договорах магические печати стоят. А тут как будет? Нужно в прежние договоры печати добавлять или новые бумаги сочинять? Кроме того, родового перстня у невесты нет и не предвидится. Кто поставит в договор отметку? Разве что Предок. Но с ним нужно еще договариваться. Опять же, непонятно: будет она выходить замуж как представительница рода или как простолюдинка.
— Что ты всё усложняешь! — насмешливо бросил Песец. — Какая тебе какая разница? Нужна жена, так бери да женись. Можешь просто по степному обычаю: обвел три раза вокруг своей юрты, и вперед, за потомством.
— У меня юрты нет, — заявил Олег. — У меня дворец. А вокруг него и один-то раз гулять слишком долго.
— Ну тогда не гуляй. А от меня-то ты чего хочешь?
— Ты уж, наверное, догадался. Давай ты этого Солонгоя разбудишь, да поспрошаешь обо всём, что касается женитьбы. Я тебя не обижу, энергии подкину сколько надо — в разумных пределах естественно.
— «В разумных пределах!» — передразнил Песец. — Я для тебя, можно сказать, ничего не жалею, а ты… Тыщу клоунов гони!
— А тебе плохо не станет? — участливо поинтересовался Потомок.
— Мне не станет. Мне от энергии только хорошеет. Во, гляди!
Песец распушился, став похожим на белого мохнатого колобка.
— Видишь? А ты маны пожалел. Да эту тыщу тебе накачать — пары минут хватит!
— Мне не жалко, — нисколько не смутился Олег. — Но если тебя не притормаживать, ты решишь, что основное моё предназначение — сутки напролёт качать тебе энергию.
— А разве это не так?
— Разумеется, нет. Подумай сам: если я поселюсь здесь и примусь тебе день и ночь энергию обеспечивать, кто будет потомством заниматься?
— В самом деле, — озадачился Предок. — Ладно, разбужу я этого Солонгоя. Гони ману!
Олег приготовился, выдохнул, опустошая резерв, и тут же, на вдохе, вновь набрал полное ядро энергии. Лес, что частоколом окружал Песцовую усадьбу, тут же зримо прибавил густоты.
— Слушай, Предок, — поинтересовался он, — а вот эта самая первичная неструктурированная энергия, она у тебя как, ограничена в количестве?
— Не знаю, — пожал тот плечами.
— А как бы узнать? А то есть один энергетический проект. Если удастся, род просто взлетит что по деньгам, что по статусу. И, возможно, по численности. Да и ты в накладе не останешься. Может, и манопровод свой построишь. Ну или, по меньшей мере, манохранилище.
И Олег покинул эфирный пузырь, оставив Предка в состоянии крайней озабоченности.
Где-то в одной из московских квартир
Данеш ждала своего начальника, господина и почти что мужа всё на том же пуфике. Как села, так и осталась: на краешке, спина прямая, руки на коленях, еще эта академическая форма — ну чисто школьница. На её лице было крупными буквами написано любопытство, но начинать разговор первой она не могла: это стало бы нарушением традиций.
— Не переживай, — успокоил её Олег, — я поговорил с Песцом. Он обещал твоего Солонгоя разбудить и про тебя всё выспросить. Я пойду, выпью перед сном чаю для приведения в порядок нервов. Ты, если хочешь, можешь присоединиться. И еще один момент: уже поздно, надо решить: останешься ночевать здесь или вернешься в кампус. Но имей в виду: здесь лишних комнат нет, как-то не планировались у меня дополнительные жены. Так что спать тебе придется в одной кровати со мной или с кем-нибудь из девчонок. У нас, кажется, даже диванчиков нет для засидевшихся гостей, поскольку гостей тоже не бывает.