Песцов поднялся и отправился наверх. Следом серой мышкой порскнула Вера. На минуту забежала к себе, а после технично прокралась в опочивальню супруга.
Глава 21
Где-то в ханском дворце
— Здесь до ужаса скучно!
Вся женская половина клана, включая кандидатов в члены и скамейку запасных, явилась на официальную аудиенцию. Говорить начала Вера, и это было странно: обычно любые переговоры начинала Каракалова.
— Зато безопасно, — пожал плечами Олег. — Два месяца никаких нападений. Ни слежки, ни провокаций. Местные почти все буквально в восторге от мудрого и справедливого правления новой-старой династии. По крайней мере, так говорит Сункар, и у меня нет оснований ему не верить.
— Но здесь же нет никакого досуга! — не сдавалась Вера. — Ни кафешек-ресторанов, ни ночных клубов, ни боулингов, ни даже простых парков, где можно было бы пройтись. Я уже молчу про супермаркеты, бутики и спа-салоны.
— Во дворце имеется отличный сад, — парировал Песцов. — В нем не только кусты и дорожки, но и фрукты. Хочешь — сорви яблоко или абрикос, сполосни в фонтане и кушай на здоровье. Всё экологически чистое, гадостью никто не поливает. Что до кухни, то она выше всяческих похвал. После тех блюд, что готовит местный повар, на рестораны с их пафосом и смотреть не хочется. Что же до покупок, то всем необходимым вы обеспечены от и до.
— Но мы уже два месяца сидим в четырёх стенах, — не сдавалась Вера. — Это невыносимо!
Песцов хмыкнул:
— А мы сюда и не развлекаться приехали. Что же касается досуга… Данеш, скажи, чем занимались обитательницы женской половины дворца при старом хане?
Девушка поднялась, доложила:
— Интригами и сплетнями, господин. Ещё рукоделием и музицированием. И ублажением хана в постели.
— Ну вот, — не уступала Вера, — у нас интриги заменились учёбой, а всё остальное — без изменений. Живём как в первобытные времена.
Олег оставался непреклонен:
— Ну так сходите, прогуляйтесь. Хоттабыч контролирует весь город до крепостной стены.
Вера тоже упёрлась:
— Можно подумать, мы не ходили! Кроме дворца смотреть не на что. Дома, что ближе к центру, из песчаника, что подальше — вообще из навоза и соломы.
Песцову надоело это препирательство.
— Критикуя, предлагай, — процитировал он известного усача. — У тебя есть конкретные предложения?
— У нас есть, — выступила вперёд Маша.
Развернула карту, на которой во всех подробностях был отображен Караим-кала с его стеной, дворцом и саманными халупами. А чуть в стороне прямо посреди степи тонкими карандашными линиями умелая рука нарисовала план еще одного города.
— Вот! — гордо заявила она. — Пусть Караим-кала с его стеной, дворцом и соломой останется нетронутым, в качестве экзотики для туристов. А рядом, километрах в пяти, мы предлагаем построить новый современный город. Бетон, стекло, асфальт, огни, клубы и рестораны, торговые центры и прочее. Ты хочешь построить новую страну, но столица этой страны джолжна отображать её обновлённую суть. Заодно туристам будет где остановиться.
— А почему именно в этом месте? — заинтересовался Олег
— Тут, судя по карте, оазис. Вода, озеро, зелень. Возможно, где-то под землёй имеются водоносные слои. Можно устроить аквапарк. Два города, новый и старый, привлекут туристов, а туристы привезут деньги для страны.
Поднялась одна из бывших наложниц, с тревогой в голосе возразила:
— Там давно нет оазиса, там нельзя строить!
— Но почему? — возмутилась Маша.
— Все знают, это плохое место, — добавила Данеш. — Старики говорят, там живет ужасный дэв, и никто из тех, кто решил сразиться с ним, не вернулся назад. А те, кто решал посмотреть издалека, убегали в ужасе, лишь услышав его громовой рёв.
— Дэв, говорите? — прищурился Олег. — До сих пор все дэвы, которых я встречал, были на самом деле свихнувшейся без работы нежитью. Айда, посмотрим, кто там такой страшный.
Где-то в районе бывшего оазиса
Ехать предстояло совсем недалеко. Будь Олег один — долетел бы за пару минут. Но тащить на себе еще кучу народа ему не хотелось. Тем более, что если договориться с нежитью не удастся, придется сражаться, и кто знает, сколько резерва уйдет на эту эпическую битву. Хан поехал бы и один, с парой гвардейцев из тех же «чёрных», но эти женщины… Спорить с ними аргументированно было почти невозможно. А стучать по столу кулаком и употреблять власть не хотелось.