Советник задумался.
- Если коротко, то в пророчестве нет ничего необычного. Думаю, у каждого народа имеется подобное. Наступит эпоха процветания и всеобщего благоденствия, если выполнится ряд условий. Слова пророчества с малолетства знает наизусть каждый житель степи. Но вот сейчас, несколько недель назад, начались выполняться одно условие за другим. Появился новый хан, юный, но цветом волос подобный древнему старцу. С ним вернулась женщина Первой династии правителей степи. Он изгнал врагов, прекратил войну, ему подчинился хранитель дворца.
- И это всё?
- Из того, что уже сбылось, все, мой господин. Но я не хотел бы перечислять те условия, что еще не воплотились в реальности. Ибо в этом случае появится соблазн преднамеренно ускорить наступление неких факторов или, напротив, замедлить, а то и вовсе отменить. Но если что-то из предначертанного исполнится, я немедленно вам сообщу.
- Хорошо, - махнул рукой Олег. - Пусть так. Но ты мне нужен для другого. Во дворце должен обретаться некий европейский посланник, а при нем портфель. Надеюсь, портфель никто не пытался открыть?
- Разумеется, нет!
Сунгар настолько искренне возмутился, что Песцову на секунду стало совестно. Но он себя поборол:
- Распорядитесь доставить ко мне этого визитера и его сумочку.
Слушаю и повинуюсь!
Советник склонился в поклоне и, пятясь, удалился. Охранники отворили ему двери, и вновь застыли каждый у своего косяка.
- Хоттабыч!
Как обычно, в воздухе появилось дымное облако, из которого соткалась голова длиннобородого мудреца. Хранитель обожал подобное неспешное и, надо сказать, эффектное появление.
- У нас есть несколько минут, пока мне приведут моего гостя, - сообщил Олег, - И я хочу задать тебе несколько вопросов. Есть ли во дворце нежить кроме тебя? Неважно, спящая или бодрствующая?
- Нет, господин, - с достоинством отвечал хранитель.
- Насколько заняты работой все сотни дворцовых слуг? Есть ли среди них лишние?
- Я могу совместно с Сункаром провести сокращение персонала, - понятливо кивнул Хоттабыч.
- Хорошо. Сделай это. А теперь…
Олег нахмурился и долбанул кулаком по подлокотнику трона и рявкнул:
- Кто посоветовал тебе так меня подставить перед женами?
Из-за спины Песцова выдвинулась кошмарная тень, и Хоттабыч, наверное впервые в своей долгой жизни, испытал ужас.
***
Олег сидел в кресле, и глядел на человечка, которого поставили перед ним двое из охраны, те самые чёрные, которые когда-то пришли в его полк. Может, конечно, и не те, но из их числа. Серьезные ребята, жесткие и сантиментами не страдающие. Сказали убить – убьют. Сказали пытать – запытают.
Вот двое таких привели к нему не то гостя, не то пленника. Худосочненький, тщедушненький очкарик в костюме некогда хорошем, а нынче измятом, выпачканном неизвестно чем и местами порванном. Один из чёрных с поклоном подал своему повелителю портфель из дорогой кожи. Очевидно, он был у очкарика при себе. Чёрные выполнили задачу, отступили на два шага и встали позади дохляка.
- Назови свое имя, - приказал Олег.
Именно приказал. Как-то раньше у него было плохо с приказами. Но после недавних событий что-то переменилось. В мозгах? В душе? К лучшему? К худшему? Олег не знал, да и узнать не пытался. Просто принял к сведению. Будет время – разберется.
- Сэр Джеймс Перкинс, - гордо вздернул голову нелепый человечек.
Олег покачал головой: надо же, какой глупый! Врать хану в его месте силы! Ведь сейчас он мог чувствовать ложь даже без помощи сенсора.
- Это вранье, - констатировал он вслух. – И тем более предосудительное, что произносится в лицо монаршей особе. По-хорошему, за такое полагается смертная казнь на площади перед дворцом. Я только не помню, какая именно: усекновение головы или посажение на кол.
Теперь Олег прекрасно понимал императора, как и ценность своего давешнего подарка. Тот, конечно, и сам по себе многое мог. Но подарив реликвии, Олег, по сути, подарил Львову инструмент удержания власти. Если у него тоже имеется подобное креслице, то можно быть уверенным: династия продержится еще не одно столетие.
Песцов чуточку приблизил к себе тень, слегка её проявил и ужасная фигура нависла над лжецом.
- А еще я могу сделать так, что от тебя не останется ничего, - продолжил он нагнетать. - Я скормлю тебя своему демону. Целиком: и тело, и душу.
- Я-а-а-а…. я бо-ольше не буду!
Сейчас Джимми говорил искренне. И отвечал быстро, с ужасом косясь на замершую за спиной хана тёмную фигуру.
- Что в портфеле?
- Плата! Плата за продолжение войны, за новые войска.
- Кто тебя послал?
- Господин премьер-министр.
- Ловушки в портфеле имеются?
- Да. Привязка к ауре владельца. Если замки открыть попытается кто-то другой, содержимое будет уничтожено.
- Открой!
Песцов бросил Перкинсу портфель, тот быстро открыл его и подал обратно.
Олег убрал своё новое полезное пугало и спросил уже спокойней:
- Зачем ты лгал мне?
- Вы очень молодо выглядите, господин, и я надеялся придать себе и своим словам больший вес, чтобы убедить отпустить меня со всем, что у меня есть.
- Хочешь ли ты вернуться домой?
- Нет, господин.
- Почему?
- Там меня непременно убьют. Прошло много времени, я не выполнил задание, значит, война проиграна. Новый кабинет наверняка уже созван. Мне места в нем не найдется. Значит, я становлюсь потенциальным источником проблем для правительства, а проблемы они всегда решают радикально.
- Куда ты хочешь уехать?
И тут Перкинс удивил. Он упал на колени и буквально взмолился:
- Господин хан, позвольте мне остаться здесь! Я буду служить вам не менее усердно, чем служил премьер-министру.
- Магическая клятва сроком на десять лет.
- Я согласен!
- Говори.
После короткого ритуала новый член команды хана отправился в сопровождении Сункара к новому месту службы, а Олег вытряхнул на колени содержимое портфеля.
Несколько бархатных футляров – явно, подношение хану. Сейчас это было неинтересно. Пачки денег в крупных купюрах. Не очень много, с десяток. Наверняка предназначались для подкупа. Ну что ж, пригодятся. Себе ли, государству ли – потом решит.
- Хоттабыч, деньги в сейф, цацки в сокровищницу.
- Будет исполнено.
Футляры и деньги исчезли, осталась лишь нетолстая пластиковая папка. Наверняка с теми самыми бумагами, которыми интересовался сэр Феррет. Олег быстро просмотрел: действительно, ему превратить их в деньги будет затруднительно. Просто Дикое поле как государство не имеет никакого веса ни в политике, ни в мировой экономике. Самая могучая военная сила – это он сам, необученный маг. А слабых никто не уважает. Но выход, если подумать, имеется. Нужно только попросить Предков устроить внеплановый сеанс связи с императором.
[1] Камча – плетка (тюрк.)
Глава 32
Где-то вне пространства
Лев и Песец играли в нарды.
- Скучно, - пожаловался Лев. – Раньше веселей было. Захотел – к Уссурийцу сходил, захотел – к Барсу. А то и вовсе к Пантере. А сейчас только и развлечений, что с тобой в нарды сыграть.
- К Оленю сходи потрепаться за жизнь.
- Не, у меня при виде него инстинкт охотничий просыпается. Могу не удержаться и рога отшибить.
Песец задумчиво поскрёб лапой за ухом.
- Тогда за потомком своим поглядывай. Вот где развлечения!
- У тебя, может, и развлечения. А у меня – с утра до вечера совещания, заседания, званые обеды, приемы послов и прочая муть. Сплошная говорильня.
- Да уж, - покивал Песец. – Мой веселее живет. Приключений столько, что ешь их хоть… э-э-э… в общем, много приключений. Кстати, об Уссурийце: тут его потомок знаешь, чего учудил? На моего решил напрыгнуть. Деньги отжать, самочек симпатичных себе захапать.