Зайдя внутрь, Гарут пустил по помещению магических светлячков, разжег огонь в давно нетопленной печи и принялся соображать ужин из оставшихся после похода продуктов. В доме было довольно уютно, большая кровать стояла в углу и была отделена от основного помещения свисающим с потолка балдахином. Высокий стол с резными ножками и столешницей, украшенной обжигом, рядом приютилась такая же добротная лавка. Присела на нее, поставила локти на стол и положила голову на ладони, любуясь хозяйничавшим на кухне палачом. В голову лезли всякие неприличные мысли о лишней одежде на столь прекрасном теле.
— О чём задумалась?
— Тебе нужен фартук, — произнесла мечтательно.
Спокойно закончив с трапезой, отправились разбирать пожитки. Его в основном, у меня и раскладывать толком нечего было. Понадобилось всего полполочки в широком комоде. Нагло влезла в разбор вещей и под одобрительный взгляд умыкнула его чистую рубаху. Надо было помыться с дороги, многодневная пыль, осевшая на одежде и теле, иногда попадала в рот и скрипела на зубах. Очень предусмотрительный орк заранее поставил большой чан с водой на печь, и пока мы ели, он успел хорошо прогреться. Принеся ведро с холодной из колодца, выудил из-за печки большой таз с ковшиком и поставил его посередине комнаты. Печально вздохнув, нехотя приступила к водным процедурам. Я безумно мечтала о душе. Ну или на крайний случай о бане. Не любила горячий и сырой воздух, но никто же не заставляет ее протапливать до состояния адского пекла.
Скинула грязные вещи на лавку — завтра приберу, и, пока плескалась, орк ушел за очередной охапкой дров. Обтеревшись, влезла в его вещь, которая на мне висела огромным балахоном. Шлёпая босыми ногами по полу, дошла до кровати и уселась на нее, засунув ноги под себя. В доме становилось всё теплее и уютнее. Гарут вернулся с улицы и принес с собой прохладный ночной воздух, мягкими прикосновениями остудивший кожу. Закусив губу, внимательно наблюдала, как он медленно, красуясь передо мной, раздевается. И так сексуально это делал, зараза, что я скрежетала ногтями по простыне и невольно сжимала бедра. Пока мылся, его тонкие намокшие подштанники перестали прикрывать вообще что-либо и постоянно притягивали мой голодный взгляд. Орк наскоро обтеревшись большим полотенцем, направился в мою сторону. Остановился, подойдя вплотную, протянул руку и коснулся моего лица. Он колебался, наверное опасаясь повести себя неправильно. «Хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам!» — с этой мыслью я потянула его на кровать.
Принял правила игры, когда уложила его на спину и перекинула ногу через его бедра. На мокрые штаны даже внимание не обратила. Садясь сверху, стянула рубашку, оставаясь в чем мать родила. Тут же почувствовала его горячие руки на своей талии, они постепенно ползли все выше. Вид открывался крышесносный. Накачанные бицепсы поражали воображение, сухожилия играли на предплечьях, а тонкие запястья подчеркивали крупные ладони. Кончиками пальцев прикоснулась к его животу и повела их вверх по кубикам пресса. Чуть царапая кожу на груди, подобралась к шее. Уперлась локтями по обе стороны его головы и, склонившись, впилась в губы. Дальше подсказывать не пришлось. В мгновение ока я оказалась под телом орка и даже не успела заметить, как он сбросил ненужный элемент одежды. Плавно и тягуче проникая, позволял привыкнуть к его внушительным размерам. Следующие движения погрузили меня в безбрежный океан наслаждения. Комкала простыню, не помня себя от блаженства. Рывки становились быстрее, стоны громче, царапины на его спине всё глубже. Горячая волна экстаза прокатилась по телу, когда на самом пике нежно прикусил за шею. Несколько жестких толчков, и он зарычал, запрокинув голову. Нежный шёпот на незнакомом языке, ласковые касания к чувствительной разгорячённой коже, горячие поцелуи и древний, как сам мир, танец. Несмотря на небольшой опыт в столь приятном деле, орк быстро и легко осваивал новые умения, безмерно радуя довольную меня. Очень надеюсь, что у соседей есть беруши. Спать мы им не давали часа три, с перерывами на отдых.
—————————————————
* “Книга джунглей” Р. Киплинг
Глава 8
“Не пропадать же Добру!- сказало Зло
и сделало из его тушки чучело.”