После потрясающего ночного марафона я долго не могла заставить себя разлепить глаза. Укатали Сивку крутые горки. Разбудить меня смог только дивный аромат, распространяющийся от котелка с вареным мясом. Запах был такой притягательный, что потекли слюнки и пришлось отскребать себя от кровати. Моя одежда стопкой лежала в ногах, очень чистая и вкусно пахнущая. Вот это сервис! Обрадовалась, надевая всё свежее. Когда натягивала второй носок, в дом вошел Гарут с пустой бадьей и опять засунул ее куда-то за печь. Улыбаясь, как чеширский кот, тягуче приблизился и головокружительно поцеловал, заключая в объятья. Не отрывая рук, поднял меня и понес к столу завтракать. Закончив с трапезой, обнаружила его накидывающим куртку и надевающим обувь.
— Надо сходить, поговорить с Вакром. Ты со мной? — ответил на мой недоуменный взгляд.
— Да, — последовала за ним, натягивая белый плащ и одновременно влезая в ботинки, не терпелось всё тут разузнать.
Вчера за ужином обратила внимание, что посуды в доме, как по мне, маловато. Из кухонной утвари — ножи, разделочные доски и кастрюли из металла, напоминающего чугун. Привыкшая к благам цивилизации, никак не могла смириться с таким малым набором удобств. Хотелось всего сразу и побольше, но понимала, что придется обустраиваться очень постепенно. Да и тащить вообще все технологии из своего мира — очень плохая затея. Нашу окружающую среду это до добра не довело. Надо бы подкинуть пару чисто экологических идей из моего мира местным умельцам. В топку лисолей с их «Прогресс — это плохо!». Плохо детей дезинтегрировать, а не вот это вот всё.
То ли звезды так сошлись, то ли мне катастрофически везло, но Вакр оказался кузнецом. Да не простым, а с магией. На Земле молотом по наковальне стучали да в печах доменных грели, а этот престарелый орк металл прямо руками мял, как пластилин. Аж зависла с открытым ртом, неприлично таращась. Это что получается? Если взять его в оборот, он почти что угодно может сделать! Мой маленький внутренний еврей хитренько потирал ручки.
— А, палач, проходи, — басовитый голос вполне соответствовал внешнему виду. — Выкуп и аколь я уже приготовил.
Он откинул даже на вид тяжеленную крышку деревянного сундука и достал небольшой мешочек. Положил на стол, заваленный инструментами, и отошел.
— Здесь всё. Ни камешка не взял, — кивнул в мою сторону, улыбаясь. — Нашел-таки счастье, мои поздравления.
Гарут улыбнулся, поднял пузатый кисет, развязал тесемки, выудил два крупных красных камешка и оставил их на столешнице.
— За беспокойство, — обратился к мастеру, — Мне нужно сделать кулон, без твоей помощи не обойтись.
Пока они обсуждали, как и когда палач будет творить украшение, неспешно прошлась по помещению. На полочках деревянного открытого стеллажа стояли кастрюли разного размера, ковши с длинными ручками, чугунки, плошки и сковородки. Лежали ножи и грубого вида ложки. Негусто. В дальнем углу мастерской свалены кучей разного размера и формы куски металла. Подойдя ближе, разглядела среди нагромождения кривой прямоугольник, похожий на нержавеющую сталь. У-ла-ла. Ты-то мне и нужен. Выдернула блестящий лист из-под черного цвета болванки и пошла докапываться до ни в чем не повинного кузнеца.
— Извините, — дождалась, пока на меня обратят внимание. — Здравствуйте, меня зовут Ева. Вы можете для меня кое-что изготовить из этого?
Мне достался ошалелый взгляд коваля, но в ответ на просьбу он всё же кивнул. Сначала пыталась объяснить на словах, что мне нужно, потом на пальцах, в итоге решила нарисовать.
— Риза! — проорал Вакр в сторону своего дома. — Принеси бумагу и перо.
Из дома выскочила виденная мной вчера на площади орчанка в простом зеленом сарафане. В руках она несла стопку листов и чернильницу с писчими принадлежностями. Увидев Гарута, резко затормозила, на лице промелькнули ужас и обреченность. Перевела взгляд на меня и просияла, ну прямо как давеча. Биполярка в действии. Уже смелее приблизилась, положила свою ношу на стол и быстро ушла обратно. Закрались подозрения, что тут что-то нечисто.
Водить птичьим пером по бумаге оказалось намного сложнее, чем я представляла. Только через полчаса мучений смогла накорябать более-менее похожий на самую обычную терку рисунок. Долго и обстоятельно разъясняла, где, какого размера и формы должны быть дырки. Спустя час я стала счастливой обладательницей новой кухонной утвари.
— А теперь мне нужна сечка! — выдала радостное, и мы застряли еще на два часа.
Вообще с ходу выдала просто гору идей, что, как и куда применять, но были и первоочередные нужды. Видя нехилый потенциал в моих идеях, довольный кузнец, хитро прищурившись, предложил забегать почаще. Лучезарно улыбаясь, согласилась за долю от прибыли, и мы, очень довольные друг другом, пожали руки. Палач остался в мастерской обсудить какие-то детали. Я же вышла на улицу и заметила, как меня из-за угла с интересом разглядывает дочь Вакра. Но мне не могло не показаться, что еще и с жалостью. Эту эмоцию я отлично различала, ею часто пользовались пёсели в ветклинике, когда не хотели получить укол в мягкое место.