Всё своё свободное время я проводила в поле подальше от деревни, проходя вуркотерапию. Каждый мой приход они встречали приветственным низкочастотным бурчанием и бархатными носами на моих ладонях. Среди огромных ящеров я чувствовала себя намного спокойнее. Привалившись к боку греющегося на солнце Мрака, сидела и поглаживала примостившуюся у меня на коленях голову детеныша. В такие моменты меня отпускало напряжение и дышать становилось легче. Гарут навещал меня пару раз в день и приносил еду. Но уже вторые сутки как ушел в соседнее поселение и его крестовые походы по кормлению меня взяла на себя Риза. Готовить она стала сносно, да и Шмэк частенько присылал свои кулинарные шедевры. Вурки тоже пытались меня кормить сырой рыбой, но, опасаясь паразитов, от сашими я отказывалась. Икру разве что утаскивала в таверну и там отделяла себе часть от уже готовой.
Внезапно всё стадо подорвалось на ноги. Они стояли, задрав морды кверху, и, кажется, к чему-то прислушивались. До моего слуха донеслись приглушенные звуки, как будто кому-то рот прикрыли рукой, а тот не сдавался. Громкий оборвавшийся женский крик слева от меня заставил встрепенуться. Риза! В ту сторону сорвался с места Мрак, выдирая и забрасывая назад клочья земли. Я на всех парах бежала за ним. Влетев в густой подлесок, пришлось притормозить, не получалось быстро передвигаться по высокой траве. Ящеру было еще тяжелее, он начал отставать из-за мешающих маневрировать деревьев. Заметив непонятное движение за стволами, сменила направление. Вылетев на крохотный просвет, увидела, как мимо меня промелькнул цветастый шарик и ушел куда-то за спину. Глухой звук падающего на землю огромного тела заставил обернуться на ходу. Вурк лежал на земле, не двигаясь. Моментально развернулась к нему, но было поздно. Меня схватили за руку, резко развернули, и нос к груди столкнулись с Истириэлем.
— Отбегалась!
Со всех сторон на меня навалилось сразу несколько грозно напевавших лисоли. Двоим успела съездить ногой куда попала, и те с шипением отвалились, но лишь на время. Связали руки, в рот сунули скрученную тряпку и, перетянув ее другой, завязали узел на затылке. Острый кинжал коснулся горла, причиняя боль.
— Пикнешь, и твоей подружке конец! — он указал, куда смотреть. На земле мешком лежала Риза, кровь вытекала из ее рассеченного лба. «Убью гада!»
Привязав к путам веревку, как собаку на поводке, потащили куда-то вглубь леса. Обернулась, надеясь увидеть, как дорогие мне существа приходят в себя, но признаков жизни на таком расстоянии рассмотреть не смогла. «Своими руками задушу, паскуду!» Пересчитала макушки: шесть лисоли быстро тащили меня за собой сквозь дебри. Я же лихорадочно соображала, как мне выпутаться из этого происшествия. Да и на кой чёрт я им вообще сдалась?
Меня постоянно подгоняли, тыкая в спину острым ножом. Они периодически посылали странного вида пучки магии туда, где мы прошли. Видимо, следы заметают. Это сильно усложнит мои поиски. Белобрысые сволочи заставляли шевелить ногами весь оставшийся день и ночь. Я запыхалась, а кляп во рту мешал сделать глубокий вдох. Под утро просто упала плашмя на мягкий мох и ни под какими угрозами не соглашалась подниматься. Усталость брала свое, начала проваливаться в сон в том положении, в котором приземлилась. Краем сознания зацепила топтавшихся вокруг моей тушки эльфов, решив, что кокну их всех завтра.
Варварский пинок в бедро заставил подпрыгнуть на месте. Руки были связаны, а вот кляпа уже не было. Это они зря, конечно. Села, не сдержав стон от боли в затекшем теле, осмотрелась — вечереет. Судя по тому, как всё ломило, даже не ворочалась. Как упала, так в том же положении и проснулась. Мне грубо сунули под нос миску с овощами. Отказываться от еды было верхом глупости. В конце концов, мне понадобятся силы, чтобы сбежать от них. Впихнув в себя отвратного вкуса недоваренную еду, запила из баклажки, кинутой мне под ноги.
После скудного ужина, снова подгоняя меня тычками в спину, не очень дружной компанией мы продолжили путь. Первый шок наконец выветрился. Вместо него, вспоминая картину лежащих на земле друзей, у руля бодренько встала злость, затмевающая здравый смысл. В голове бродило и иногда сталкивалось несколько мыслей. Меня сразу не прирезали, значит, нужна живой. Калечить не будут, иначе не смогу передвигаться самостоятельно, а утащить меня даже вшестером им будет проблематично. Кормят, чтоб не окочурилась раньше времени. Максимум, что сделают, — рот заткнут. А значит, можно навалить им в унты!