— Брось! Плюнь каку! Отравишься еще! — искренне посоветовала божественному зверю, но она сглотнула и спокойно поползла ко мне. Шарик света, который для меня по ночам зажигал Истриэль, моргнул и погас.
— Спасибо, моя хорошая, — обняла массивную голову. Она меня больше не пугала, наоборот я прониклась самыми светлыми чувствами. В лунном свете ее шкура переливалась потрясающими радужными бликами.
Чтобы развязать опостылевшие веревки на руках, пришлось просить мою спасительницу открыть пасть. Острые, как бритвы, зубы легко справились с поставленной задачей, освободив меня. Посидев еще немного и отдышавшись, поднялась на ноги и завертела головой. Вокруг глухой лес, в панике даже не запомнила, с какой стороны прибежала, да и следопытом никогда не была. Мои намерения прервало шуршание, змея проползла немного вперед, обернулась и снова проползла. Похоже, решила проводить потерявшуюся домой. Ты ж моя золотая!
Каким чудом чешуйчатая меня вела так, чтобы я ни обо что не споткнулась, оставалось загадкой. Яркий лунный свет тоже облегчал прогулку. Неспешно огибая огромный ров, услышала гулкий шум воды. Через некоторое время мы вышли к подножию скалы, с которой срывался небольшой водопад. Прямо передо мной была очень удобная заводь с пологим склоном и некрупными камнями по берегу. Подождав, пока умоюсь и напьюсь, рептилия поползла к обрушивающимся потокам воды и аккуратно проскользнула позади них. Проследовав за ней, обнаружила довольно объемную пещерку с высоким тонким камнем посередине. Моя спутница завернулась кольцом вокруг него и положила голову себе на хвост, образуя небольшое углубление, куда с я благодарностью примостилась.
Сидя, облокотившись спиной на массивное тело и почесывая змею по подбородку, смотрела на закрытый потоками выход из грота и размышляла. Зачем Шатар мне помогает? В этом мире всё завязано на магии, чем ее больше, тем сильнее бог. Чем объемнее внутренний резерв разумных, тем могущественнее их покровитель. Но у меня-то магии нет, от слова совсем. И ведь ничего не бывает просто так, бесплатный сыр только в мышеловке и то второй мышке. Ответа мне дать всё равно некому, так что подумаю об этом завтра. Устроившись насколько это было возможно удобнее, наконец уснула.
Проснулась наутро в уже знакомом коконе тела. «Дежавю!» Всё тело ломило от неудобной позы и каменного матраса. Присев, растёрла наиболее пострадавшие места. «Бурл» высказался желудок. Почувствовав, что я начала шевелиться, рептилия, как и в прошлый раз, расплеталась минуты две и выскользнула из пещеры. Неожиданная деталь заставила приморозиться к месту. Вчерашний каменный столб весь светился рунами. Когда они загорались ярче, будто отделялись от поверхности и рассеивались, отлетая. Мягко прикоснулась к удивительно теплой поверхности, символы сверкнули ярче, запульсировав. Завораживающее зрелище долго не отпускало мое внимание, пока снаружи не начали нетерпеливо шипеть. Очнулась будто ото сна и направилась на выход.
На улице оказалось пасмурно, тучи хмурились и обещали пролиться совсем скоро. Навыков выживания в лесу у меня, естественно, не было. Как себя прокормить, понятия не имела, радовало, что Тинор всего в двух-трех днях пути. Обратный путь займёт чуть больше, так быстро, как при похищении, передвигаться уже нет необходимости. А вот перекусить бы чего не мешало. Незнакомые ягоды, грибы и коренья есть опасно, значит, надо найти то, что меня точно не отравит. Рыба, к примеру, да, паразиты в ней могут доставить неудобства в перспективе, но жрать-то хочется сейчас.
— Лапушка моя, поймаешь мне рыбку? — обратилась к змее, надеясь, что та меня поймёт.
Она не подвела, скользнула в реку, почти перекрыв течение своим телом. Поводила головой туда-сюда и нырнула мордой вглубь, подняла голову и кинула в меня небольшой рыбиной. Ты ж моя прекрасная! Подхватив местного сома за жабры и оттащила от берега, бросила на траву. Нашла плоский сланцевый камень на берегу, заточила об другой, сделав острый край, и вспорола мягкое брюхо еще трепыхающейся добыче. Да, жестоко, да, неприятно, но мне очень хотелось жить, а для этого нужны силы чтобы вернуться назад. В общем-то весь наш путь был от водоема к водоему, где приходилось питаться представителями семейства хордовых. Пару раз натыкались на птичьи гнезда, и рацион пополнялся сырыми яйцами. По ночам меня уже привычно заплетали в живой кокон. Было жёстко и достаточно холодно, зато безопасно.
Мы путешествовали уже четыре дня, когда змея внезапно остановилась, прислушалась и издала низкочастотный вибрирующий, очень знакомый звук. Буквально через минуту, продираясь через густые заросли, из кустов вывалился знакомый ящер. Мрак на всех парах мчался мне навстречу, вывалив язык, как собака. Радостная морда с разбегу тюкнулась мне в живот, подкинув над землей и закидывая к себе на спину. Взвизгнула от неожиданности, вцепившись в складки шкуры. Мрак подождал, пока я усядусь в правильное положение, и, мягко развернувшись, двинулся туда, откуда примчался. Обернувшись, увидела ускользающий в подлеске длинный радужный хвост. Крикнула вслед громкое «Спасибо!». Хотелось сказать, что меня сдали с рук на руки, но ни у одного из участников передачи, кроме меня, такового атрибута не было.