— Нет! — он наконец расцвел в сногсшибательной улыбке.
Вскочил на ноги, подлетел ко мне и выдрал из кресла, обнимая. Я, разумеется, тоже в долгу не осталась, скрестив руки на его спине. Как только его благодарность вылилась поцелуем на моей щеке, в кабинет опять очень вовремя и совершенно без стука ввалился Эллидин. С выражения его лица можно было писать картину «Я убью тебя, лодочник!».
— Ты за мной с секундомером, что ли, ходишь? — выдала в гневе. У него начала подергиваться верхняя губа, но когда меня это не останавливало? — Чё припёрся?
Лем сначала сжал меня в объятьях крепче, а затем попытался аккуратно спрятать за свою спину. Безопасник взял себя в руки, швырнул скрученный в трубочку документ на ближайший стол и, бурча под нос что-то нецензурное о моей несравненной персоне, развернулся к выходу. Чтобы я — да в долгу осталась? Сейчас прям!
— М-м-м, какая попка! — игриво кинула ему в спину.
Он резко затормозил, медленно развернулся. О-о-о-о, да-а-а! Вот оно — то самое потрясающее ощущение, когда ты кого-то бесишь до пара из ушей, а сама стоишь и ржёшь! Улыбалась ему во все тридцать два зуба. Он аж кулаки сжал до побелевших костяшек.
— Дин! — наши переглядки решил прервать будущий несостоявшийся правитель. — Не вздумай! Ты прекрасно знаешь, что она под защитой Динру! А ты, Ева, будь добра, прекрати доводить его до белого каления!
— Хрык, — ну как тут удержишься, когда собеседники сами шутки шутить изволят?
— Ева! — когда надо было, он мог быть очень грозным, жаль, на меня не работало.
— Не я это начала! — он перевел вопросительный взгляд на Эллидина.
— Возможно, при нашей первой встрече я немного погорячился, — сделал упор на первое слово этот гад.
— Немного? — не удержалась от возмущения. В ответ он только выдохнул через сжатые зубы, пытаясь взять под контроль гнев. Даже в состоянии бешенства красив, зараза.
— Как же с вами тяжело, — вздохнул Лем.
— Ладно, — буркнула, успокаиваясь. — Я готова пойти на уступки, если он смирится со мной как с неизбежным злом и извинится.
— Да ты… — начал было, но осекся.
— Я кто? Ну же, продолжай! Дай мне повод проехаться по тебе!
— Приношу свои глубочайшие извинения! — выдал таким тоном, будто уже засунул их мне в глотку и там три раза провернул.
— Смотри, с какими дилетантами мне работать приходится? — пожаловалась, развернувшись к старшему принцу.
За спиной раздался натуральный рык взбешенного бабуина.
— Я ему: «Мы встречались?», он мне: «Р-р-р». Я ему: «Извинись!», он мне: «Р-р-р!» — опять услышала рокочущий звук и ткнула в источник пальцем. — Вот видишь!
По комнате пролетел натуральный вихрь, поднимая в воздух исписанные листы и перемешивая их. Разозлившись, вернула внимание безопаснику.
— Собирать сам будешь!
— Довольно! — перешел на крик Лем.
Мы притихли, как нашкодившие котята. Ветер резко стих, а вокруг нас царил кошмарный беспорядок. Мы с Дином стояли напротив и сверлили друг друга злыми взглядами. В этот момент решила добить его окончательно. Я такая нелогичная, что стул, вода, корова.
— Что бы я, по твоему мнению, ни сделала, прошу за это прощение!
В моем голосе не было ни капли издевки или коварства. Эллидин опешил, такого поворота событий он совсем не ожидал. Ища подвох в моих словах, взглянул на принца, а затем снова на меня. Не найдя ничего подозрительного, заторможенно кивнул и присел собирать раскиданные по полу бумаги. Медленно выдохнув, тоже принялась за уборку. Хорошо, что папка с терминами кожаная и очень тяжелая, из нее почти ничего не разлетелось, зато остальные документы оказались чёрт знает где. В углу под дальним столом нашла скрутку, которую принес безопасник. Поднялась и, сделав пару шагов в его сторону, протянула листок. Посмотрев с подозрением, забрал из моих рук пергамент. Проверил печать на целостность, отнес принцу, тихо что-то сказал и наконец удалился.
— Ну вот за что ты его так? — как только он вышел, наехал на меня Келемион.
— Повторюсь, не я это начала!
— Думаешь, ему мало по жизни досталось? — не унимался Лем.
— К его злоключениям никакого отношения не имею!
— Он мой друг, Ева, и мне тяжело наблюдать, как два дорогих мне существа грызут друг другу глотки.
— Я уже извинилась. И, кстати, понятия не имею, за что!
Принц собрал последние бумаги, сложил их аккуратно стопочкой на столешницу, взял меня за руку и повёл к дивану, стоящему возле двери. Удобно расположившись, он решил пояснить.
— Эллидин воспитывал меня с малых лет. Папа весь был в работе, поднимал нашу землю с колен после исчезновения магии. На меня времени совсем не было. Мама тоже делала что могла, она была опорой правителя, пропадая в полях наравне с ним. И когда заболела после родов, это сломало нас. Отец по началу из кристальной пещеры выходил только чтоб принести пустые накопители и обменять их на заряженные. Тогда Дин взвалил на свои плечи управление Кристаком. Он этого не просил и не хотел, но сделал, несмотря на то что его мало кто слушался по началу. Одних силой, других шантажом, а кого и откровенным запугиванием заставил подчиниться и не позволил развалиться тому, что создали родители. Он всю свою сознательную жизнь посвятил служению правящей династии. И когда появилась ты, совершенно нелогичная и не вписывающаяся в его привычный мир, он растерялся. Дин ведь не в курсе, что ты источник, мы не сказали. Ему наверняка кажется, что раз ты нишас, то околдовала всех вокруг ради своих корыстных целей.