«И не только они! Не зря же графа тебя звали Икин. Ты на всех окружающих влияешь, они к тебе тянутся, как растения к солнечному свету. Только не все умеют поглощать».
— А мне это как-то вредит? Ну там, может, жизнь укорачивает или старею быстрее? — задала очень волнующий вопрос.
«Устаешь — да, но не более. Отдавая себя Нирану, наоборот, продляешь свои годы. Ты постоянно вырабатываешь потоки магии, вон источники в Тиноре зарядила на столетия вперед, вурков напитала, что карски появились».
— Это ты про птеродактилей, что ли? — быстро пришла к выводу, — Так они уже когда-то были на Ниране?
«Конечно, были. Я сама на таком воевала. Правда, в нынешнем состоянии они только себя в воздух поднять смогут. Летали и грузы поднимали в основном на магии, не стало ее — не стало карсков».
— За что Шатар подарила мне слезу?
«Без комментариев».
— Тебя ко мне зачем подселили на самом деле?
«Без комментариев».
— Я в мир попала случайно или меня боги сюда затащили ради каких-то своих планов?
«Без комментариев».
— Вот же заладила! Ладно, раз больше из тебя ничего не вытянешь, можешь скрыться обратно. И спасибо, что спасла.
«Моя основная задача в любой ситуации — сохранить тебе жизнь. Между прочим, тоже твою магию поглощаю, становясь сильнее. И помни, я всегда одним глазком приглядываю за обстановкой».
Уставший мозг отказывался формулировать новые вопросы, так что оставила свою подселенку в покое. В комнату через открытое окно по толстой ветке ловко взобрался Шарки. Всё-таки нашел, как смыться отсюда. Ну раз вернулся, значит, уже не потеряется. Он мягко запрыгнул ко мне на кровать и протопал поближе, оставляя глубокие следы на пушистой перине. Присел возле моего бока, складывая передние лапищи мне на живот, и громко заурчал, когда погладила его по мягкой шёрстке на голове.
— Не привыкай сильно. Скоро у нас появится свой дом, вот там и будешь осваивать территорию, отвоевывая её у киц.
Тихое «мр-раф» было ответом, не требующим продолжения разговора. Еле слышный стук в дверь, скорее как предупреждение, чем дозволение войти, и Лем открывает дверь, аккуратно заглядывая.
— Я думал, ты спишь, — в его руках находился поднос с тарелками.
Он пронес его мимо, но восхитительные ароматы заставили меня приподняться и проползти повыше, облокачиваясь на изголовье. Привычно пододвинув один из круглых столиков ближе к кровати, водрузил свою ношу на столешницу и приставил к нему кресло с другой стороны. Руки еле слушались, но от еды не в силах была отказаться. Потрясающие даже на вид фаршированные помидоры с сырной корочкой сверху моментально заставили рот наполниться слюной. Непривычным оказался цвет — фиолетовый в жёлтую полоску. Великолепное сочетание вкусов окунуло в блаженство, хотя, может, сказывался дикий голод после опустошения магического резерва. Быстро смела всё, что было на тарелке, и потянулась за бокалом с ягодным морсом. Всё это время старший принц внимательно меня изучал и, дождавшись, когда закончу трапезу, решился заговорить.
— А я всё никак не мог взять в толк, для чего ты понадобилась отцу. Поначалу шокировала своим поведением. Потом ввела в ступор постоянными отказами. Просто выбила дух отповедью после нападения палача. И пригвоздила сверху доверием, когда поранила руку и позволила мне её обработать. За какой-то месяц ты стала мне верным другом, чего за всю мою жизнь не случалось ни разу. Я всегда чувствовал подвох или скрытый смысл, если со мной кто-то пытался сблизиться. Но не от тебя, ты всегда была искренна и говорила только правду, хоть и горькую. А теперь еще и шанс есть, что спасешь мою маму. Ты и правда поцелована богами.
— Ага… Даже больше, чем хотелось бы. Быть источником магии — то еще удовольствие.
— Значит, наши догадки были верными, — пробормотал под нос, но я услышала. Растянул улыбку до ушей, — А меня всё устраивает!
— Ну тебе-то со всех сторон хорошо, а мне как быть? Если узнают, чем являюсь, как долго прохожу на свободе?
— Ты под защитой семьи. Отец с братом сейчас в лаборатории создают для тебя отслеживающий артефакт, который в критическом случае накроет тебя непроницаемым щитом и оповестит ближайшего Динру. А учитывая, что ты сама можешь его заряжать, опасаться будет нечего. Да и мы не дураки, распространять такую информацию точно не станем.
— Еще бы вы стали. Сами будете нещадно эксплуатировать. В рабство там, на цепь, в подвал, все дела, — шутила, конечно, но опасения оставались.
— Чтоб нас боги прокляли? — почему-то мои слова вызвали у него смех. — Спасибо, обойдемся, их подарки полагается ценить, любить, холить и лелеять!