- И кем она там станет? - Яромир развел руки, словно вопрошая. - Исполнительной рабыней?
- Она станет тем, кем ты прикажешь.
- Я ее такой не хочу.
- Мне приказать лейтенанту сразу продать ее в общественный бордель?
- Нет, - Яромир сыто потянулся, мечтательно глядя в потолок. - Я стану ее избавителем от жестоких нравов Мурано и уж тогда - то она отблагодарит меня за свое спасение из гарема. Зная маму и ее нрав, можно смело надеяться на безразмерную признательность Алеи. Ее запугают так, что мне останется только утешать и снимать сладкие пенки девичьего испуга.
- Три недели, потом ты должен вернуться на службу.
- И оставить девочку дома?
- Хватит прятаться за мамины юбки, пора заниматься карьерой. - Ярослав подошел к столу и опустился в кресло, устало откидываясь на высокую спинку. - Даже она больше не станет просить отца о поблажках для младшего сына. Ты должен выбрать то, чем будешь заниматься.
- Я не хочу быть военным, это скучно, - Яромир приподнялся, удобно усаживаясь на диван. - Может быть, мое призвание это быть дипломатом или...
- Светским мотом семейного состояния?
Яромира слова брата не смутили. Он - Ниро, он имеет право вести себя так, как ему хочется. Он с детства привык, что все его желания исполняются.
- Светские развлечения забавны, Ярослав, - он весело взглянул на брата. - Я хочу развлекаться, могу себе это позволить, отцу есть на кого повесить ярмо управления семейным благосостоянием.
- Каждый из нашей семьи...
- У тебя трое сыновей, - не дослушав очередную нотацию, перебил его Яромир. - Ты должен заботиться о семейных доходах побольше моего, это в твоих интересах. Я же развлекусь и потом, так уж и быть, соглашусь продолжить семейную традицию быть гордостью правительства Мурано.
- Перестань, - Ярослав демонстративно поморщился над последними словами брата. - Иногда ты переигрываешь в избалованное дитя при семи няньках и отцу я передал о твоей попытке перевести очередную подружку под свое крыло, не считаясь с военным уставом.
- Замечательно, - Яромир действительно выглядел довольным сложившейся ситуацией. - Тогда мне больше не придется строить из себя крутого парня на военной службе?
- На эту тему у тебя состоится личный разговор с нашим дорогим папой, он пообещал мне быть очень строгим родителем.
- Неужели мне грозит отлучение от кормушки Мурано?
- Ты о матери бы подумал, Яромир, она же волнуется, постоянно ожидая от тебя детских выходок с нарушением дисциплины и эта девочка, - Ярослав кивнул в сторону расстилающегося за окном бескрайнего космического пространства. - Которую мы отправили домой, точно не поднимет ей настроение.
Когда проснешься.
Когда ты проснешься, вокруг может измениться мир. Совершенно. До неузнаваемости. Обступить чужими стенами, оглушить чужими звуками, привести в себя пощечиной какой - то зарвавшейся сволочи. Кто - нибудь думал об этом когда - нибудь, когда засыпал? Алея не задумывалась. Она всегда засыпала, едва ее голова касалась подушки, и сон был неизменно глубокий, без сновидений. Во сне Алея действительно отдыхала от напряженного дня, заполненного пристрастным изучением предметов в летной школе, потом работа и снова учебники. Ее знаний едва ли хватало для того, чтобы выглядеть достойным специалистом на фоне прочих инженеров. И она старалась, тянулась вверх и даже добилась признания себя как специалиста у главного инженера, пока не получила иньектором вкол в область шеи от того самого милого пилота, согласившегося прихватить ее до ближайшей космической базы. Очнулась Алея в комнате, залитой теплым солнечным светом, на широкой кровати под красиво - задрапированным балдахином. От пощечины, которую ей влепила незнакомая женщина средних лет.
- Иноземная сучка слишком долго отдыхает.
И ошарашенную Алею вмиг стащили с постели, проволокли вниз по ступеням и привязали за руки к столбу. Та же женщина и все также визгливо приказала:
- Приступай.
И кто - то невидимый опустил плеть на спину Алеи. Эти люди ничего не объясняли, ни в чем не обвиняли. Они просто стояли рядом и злорадно наблюдали за ее наказанием. До тех пор пока она обессиленно не повисла в путах, теряя сознание от боли.
- Серьезных повреждений нет, госпожа.
И снова этот визг, вызывающий нестерпимое желание заткнуть уши руками.
- Приведите в чувство, покормите и завтра снова к столбу.
Били каждый день, потом запирали в комнате на пороге, которой зловещей статуей замирала звероподобное создание, слабо напоминающее женщину. Оно тоже не разговаривало с ней, ничего не объясняло, оно охраняло то, что ему приказала охранять госпожа. Алея пыталась заговорить с той женщиной, что все вокруг называли госпожой, но та не снисходила ни до бесед с пленницей, ни до собственного рукоприкладства. Та пощечина так и осталась единственной для Алеи полученной от госпожи. Били ее слуги и били они профессионально, причиняя максимум боли и минимум повреждений. Но в один из дней кошмар неожиданно закончился. Ее никто не поволок к врытому посередине внутреннего дворика столбу, никто не кричал, швыряя на стол поднос с едой. Она словно перестала для всех существовать. Алея мышкой просидела в углу комнаты весь день, боясь высунуть нос во двор, но когда окончательно стемнело и зажглись фонари к ней в комнату скользнула тень. Тень оказалась девушкой с длинными белыми волосами и очень бледной кожей. Девушка присела перед Алеей и посмотрела на нее своими невероятно прозрачными глазами.
- Не бойся меня.
Слабая улыбка тронула губы тени.
- Я услышала, что в гарем привезли чужеземную девушку, но пока присматривал страж, не могла нанести вам визит вежливости.
Алея посмотрела на незнакомку, как на сумасшедшую.
- Визит вежливости в гареме? Такое бывает?
- В каждой ситуации нужно видеть хорошие стороны.
- Что хорошего вы увидели в моей?
И снова безмятежная улыбка странной гостьи.
- В гареме тоже можно жить, выполнять приказания госпожи и никогда не перечить господину.
- Да вы что? - Алея обхватила колени дрожащими руками, пытаясь погасить истеричные нотки в голосе. - Приказы госпожи... приказы господина... с ним я, когда познакомлюсь?
- Вас привезли для младшего господина, и он приезжает завтра, насколько я знаю, со своим старшим братом. Не бойтесь, - бледная девушка, успокаивая Алею протягивает тонкую руку, длинные пальцы которой увешены нелепыми перстнями с огромными каменьями. - Младший господин красив и обходителен, он вам непременно понравится.
- Завтра меня потащат уже по его приказу к столбу для наказания?
Алея зло насмехалась над собой и словами незнакомки, но та, похоже, не замечала сарказма в ее словах.
- Госпожа не любит иноземок, - в прозрачных глазах оттенок страха, кажется, их знакомство с госпожой было весьма схожим. - В гареме только ты и я с иных планет, остальные женщины местные, из уважаемых на Мурано семейств и только старшие дочери... но ты не понимаешь.
Девушка тревожно оглядывается на проем двери, потом вздыхает, будто на что - то решаясь.
- Я могу познакомить с обычаями Мурано, и тогда ты поймешь, насколько тебе повезло оказаться именно в этом гареме.
- Я стану меньше трястись от страха?
- Меня зовут Асинаиля, - девушка снова улыбается, безмятежно и искренне, словно озаряет теплом. - Или Ася, будем знакомы, Алея?
Алея согласно кивает, и неожиданная гостья спрашивает:
- И перейдём на "ты"?
И не дожидаясь ответа, начинает объяснять:
- Власть Мурано принадлежит нескольким семьям. Семейство Ниро уже много веков заправляет внешней политикой.
Алеи кажется, что она ослышалась и этого не может быть. Галлюцинация. Бред. Этого просто не может быть.
- Ниро?
- Ты не знала? - Ася вопросительно приподнимает брови. - Тебя привезли для младшего Ниро, Яромира. Его не нужно бояться.