Голос Яромира за стеной звенит от гнева, но Ярослав не сдается.
- Я не угрожаю, но если она...
- Ты ничего ей не сделаешь, чтобы она не совершила.
- Ася, - Ярослав пытается сдерживаться и говорит коротко, зло. - Я должен знать.
- Алея не знает и сделала это, чтобы не оставить тебе шанса найти рабыню.
- Ты же понимаешь...
- Я сказал, что не позволю, - Яромир тверд и непоколебим в своем праве защищать невесту от кого бы то ни было, даже от ближайшего родственника. - Твои проблемы, нужно было охранять лучше.
- Яромир, она помогла сбежать Асе и каждая минута, потраченная на твое убеждение, уменьшает мои возможности найти ее.
- Я повторяю, Яр, это только твои проблемы.
Алея напряженно застывает на самом краю кровати, услышав характерный звук захлопнувшейся двери и тут же на пороге спальни возникает крайне раздосадованный Яромир.
- Зачем ты полезла между ними?
Алея расправляет плечи и гордо вздергивает подбородок.
- Мне нужно было молча смотреть, как он издевается над нею?
- Это их отношения и они в них разберутся сами, милая. - Яромир уставшим жестом проводит по волосам, стягивая с них резинку, и присаживается рядом с девушкой. - Яр действительно любит ее и, даже больше чем она того заслуживает. Он многое сделал для того, чтобы они остались вместе. Против Аси возражали и мама, и папа. Яр ради нее пошел против клана, это у нас, знаешь ли, не принято...
- Я видела ее избитой...
Яромир слабо улыбается:
- Она могла упасть...
И Алея пребольно толкает его в бок.
- Это не повод для шуток.
- Какие шутки, милая, Яр не успокоится, он будет пытаться достать тебя. Ася его единственная слабость, ради нее он пойдет на все, - он смотрит на свои руки, потом переводит испытующий взгляд на девушку. - Если ты знаешь...
- Я не знаю, - Алея почти кричит. - Я помогла выбраться с корабля, дальше она действует самостоятельно, это ее планета и ее она знает лучше меня.
- Я знаю, что ты говоришь мне правду, но ты не представляешь в каком состоянии Ярослав.
- Это его проблемы.
Алея демонстративно скрещивает руки на груди и отворачивается от жениха.
- Он может сделать это твоей проблемой, милая. - Теплая ладонь медленно скользит вдоль ее напряженной спины, не лаская, успокаивая, помогая расслабиться. - У них дети, это многое значит для нас.
- Он не позволяет ей их видеть, - Алея презрительно фыркает, сбрасывая его руку со своего плеча. - Дети для него лишь повод для шантажа.
- Ты не права, - Яромир, не обращая внимания на слабое сопротивление, снова привлекает ее к себе и опрокидывается назад на мягкие подушки их огромной кровати. - Мне нужно было раньше рассказать тебе о некоторых нравах Мурано.
- Что - то еще, кроме милого шантажа собственными отпрысками?
- Глупая моя, - он целует Алею в лоб и прижимает сильнее, наслаждаясь ароматом ее любви к нему. - Дети от единственной женщины, от той, которую ты любишь не простая блажь...
- Конечно, потом ведь можно завести кучу любовниц...
- И снова ты не права, наложницы появляются с согласия матери твоих детей...
- Да ни за что...
- Да я и не настаиваю, - Яромир смеется громко и заразительно, но тут же болезненно ойкает, получив ощутимый удар под ребра. - Мне бы на тебя силы хватило, но я хотел рассказать тебе не об этом. Когда появляется ребенок, в твоем доме появляется счастье.
Алея недоверчиво фыркает, и Яромир терпеливо разъясняет:
- Это не сказка, мы чувствуем эмоции, их вкус, почти осязаем, это тщательно хранимый секрет Мурано, - Яромир переворачивается так, чтобы видеть недоверчиво огромные глаза Алеи. - Например, я знал, что более чем нравлюсь тебе и при этом чувствовал решимость не допускать, каких - либо отношений между нами, особенно после того, как ты узнала кто я. Но на челноке ты буквально опьяняла меня своей сладостью и желанием. Ты хотела меня.
- Вот уж нет.
- Вот уж да, - его губы касаются ее, не поцелуем, просто нежат. - Ты хотела меня, я безумно хотел тебя, но из нас двоих потерял голову лишь я, ты же отбросила меня за ненадобностью, потому что не верила во что - то стоящее между нами.
- Допустим.
Алея игриво скользит язычком между его губ и довольно хмыкает, почувствовав определенный отклик его тела на свои действия.
- Мы продолжим после того, как ты сорвешь голос от ласк или я могу закончить краткую лекцию о Мурано?
Его колено провокационно вдавливается между ее ног, Алея смеется и неожиданно выбирает традиции, лекции и Мурано.
- Ладно, - Яромир мимолетно касается губами ее губ и устраивается рядом, притягивая ее голову себе на грудь. - Так вот, рождаясь, ребенок озаряет близких светом любви и ощущением безграничного счастья и именно поэтому для Мурано дети бесценны и всеми любимы. Дети появляются только от союза двух любящих людей, как бы это не смешно звучало, они действительно являются плодом двух любящих сердец...
- И именно поэтому у вас лучшие военные школы, и вы первыми начинаете войны, истребляя чужих детей...
- Они не муранцы...
- Железная логика, милый.
- Не без этого.
Яромир улыбается, его попытка достучаться до невесты провалилась с треском, Алея не сдаст несчастную. Дорога Ярославу открыта, его ход в погоне за сбежавшей рабыней.
На следующий день, сидя за завтраком напротив Алеи, Яромир пытается завести разговор о том, что та должна рассказать его брату все, что знает о побеге Аси, но она лишь пренебрежительно кривится, выражая таким образом свое отношение к Ярославу.
- Если бы он относился к ней с уважением и любовью, мне не нужно было бы спасать ее из его рук.
- Это их отношения и они устраивали обоих, что бы тебе там не наговорила Асинаиля, - Яромир поднимается из-за стола и, подойдя к Алее, касается губами ее макушки. - Прогуляйся по кораблю после службы, а вечером сходим в ресторан перекусим и немного развлечемся.
- Я хотела забежать к прежним сослуживцам, они приглашали на чай после обеда, - Алея с видом заботливой женушки, стряхивает невидимые пылинки с лацкана его мундира. - Выпью чаю и потом, как раз, успею к тебе в ресторан.
- Твой тайно влюбленный Венча тоже там будет?
- Он испытывает лишь симпатию, - она укоризненно смотрит на парня.
- И танцевал с тобой на вечере...
- И остался только другом...
- Я тебе доверяю.
Яромир улыбается ей и выходит из каюты.
Обычное чаепитие среди прежних сотрудников превратилось во что - то гротескно - уродливое, когда отворилась дверь и на пороге возникла угрожающая фигура капитана. Ярослав поднял бластер и Венча, нелепо взмахнув руками, падает на пол с развороченной выстрелом грудной клеткой. Тишина звенит и оглушает, все кто сидит за столом, бессмысленно взирают на лежащего в луже крови инженера, силясь понять только что произошедшее.
- Алея, - тон капитана крайне благожелателен и чрезвычайно мил. - Я спрашиваю еще раз, где моя женщина?
Алея было дергается на голос, но взгляд, словно прикованный не отрывается от безжизненного тела Венча. Справа глухо охают и что - то теплое брызгает на руку, продолжающую машинально сжимать чашку с недопитым чаем. Никто не кричит и не порывается вскочить и спрятаться. Все замирают, словно замороженные лютой стужей бушующей в пустых глазах капитана.
- Осталось четверо, сколько им жить зависит от тебя, Алея.
- Я...
Ее голос дрожит и срывается на надсадный всхлип.
- Вздумаешь упасть в обморок, - предусмотрительно предупреждает капитан. - И я пристрелю всех здесь присутствующих и прикажу привести следующих приговоренных.
- Монстр.
- Согласен.
Выстрел и женщина напротив Алеи обмякает в кресле, уставившись перед собой широко распахнутыми глазами.
- Я не знаю, - Алея роняет чашку, замечая кровь на пальцах и сдавленно произносит, страшась взглянуть куда - то в сторону. - Я не знаю, я только помогла сбежать с корабля.