— Я больше так не могу! — жарко зашептал мне на ухо Артем. — Слышишь, не могу! Я тебе этого так просто не оставлю! Запомни это, Принцеска!
— Я-то тут при чем? — невозмутимо спросила я, не собираясь брать на себя ответственность за содеянное. Сам виноват!
— Мы могли бы поехать на машине…
— Буржуй!
— … и нам бы не пришлось трястись в этом аналоге электрического стула, — продолжал шептать парень, а потом громко обратился к бабушке:
— Садитесь, пожалуйста.
Оказывается, у него есть хорошие манеры! Анка приятно удивлена.
— Наконец-то! — заворчала старушка. — Я минут десять уже жду, когда ты мне место уступишь. Наглая молодежь пошла: никакого уважения к старшим!
Пожилую женщину поддержали почти все пассажиры автобуса. Нам сегодня повезло, потому что девяносто процентов из них оказались именно пенсионеры. Две подружки с интересом поглядывали на Шмелева, наверное, раздумывая, почему у такого красавчика в дорогой одежде нет собственного транспортного средства и ему приходится кататься на общественном. Впрочем, Артема уже не интересовали взгляды полные обожания от представительниц прекрасного пола. Могу поспорить на что угодно, что в данный момент он обдумывает план мести!
Правда, мне стало жалко парня, когда его уже в сотый раз толкнули и попросили передать за проезд. Лицо у него было великого мученика. Я видела его злой взгляд, но он старался держаться из последних сил.
Когда мужчина с рыболовными снастями и большой сумкой начал подниматься, то одновременно с ним поднялась рядом сидящая бабушка и наступила Артему на ногу. Вдобавок ко всему, удочка чуть не угодила парню в лицо, и он выругался сквозь сжатые зубы и бросил красноречивый взгляд в мою сторону. Я сделала вид, что убийственного взгляда не заметила. Он мог отказаться, так что моей вины тут нет!
Я поняла, что он с минуты на минуту взорвется, когда автобус тряхнуло на очередном ухабе, и на него навалилась женщина и улыбнулась, показывая зубы, находящиеся в шахматном порядке. Точно взорвется! Глянув в окно я поняла, что мы уже практически приехали и начала пробираться к выходу — лучше уж одну остановку пешком дойти.
— Черт бы побрал этот гребанный автобус! — ругался Артем, применяя в своей речи кучу нецензурной лексики.
— Перестань ругаться! — грозно попросила я.
— Какого черта ты потащила меня на автобусе? — Никак не мог успокоиться парень, отряхивая темно-серые джинсы и белый тонкий свитер, словно не в автобусе ехал, а на свалке среди людей без определенного места жительства находился. — Ты поиздеваться надо мной решила, да? Так знай — я так просто этого не оставлю! Я тебе уже говорил! Чертов катафалк! Адская машина! Чтоб ее! Чтоб их всех!
— Не у всех есть машины, чтобы кататься с удобствами, — заметила я.
— А у меня есть! — заорал Артем и схватился руками за дужку солнечных очков так, что она треснула. — Мы могли бы доехать с комфортом, и не пришлось бы обтираться об этих людей.
Весь его внешний вид выдавал отвращения ко всему. Свое удобство ему было очень дорого, а на остальных плевать. В этом винить его сложно, ведь он привык так жить, а потом появилась я и перевернула с ног на голову.
— У меня нет — я привыкла так ездить, — ровным голосом начала я. — И как видишь, не жалуюсь. Хочешь роскоши, дорогих клубов и ресторанов? Тогда ты ошибся с выбором девушки — все это мне не интересно. Тебя окружает куча гламурных девиц, которые готовы отдать последние трусы, чтобы очутиться с тобой в машине или светской тусовке. Я не такая, запомни это. Ты можешь сейчас вызвать такси и уехать туда, где ты привык отдыхать — я не обижусь, потому что понимаю, что мы разные.
— Ань, ну я не могу понять, почему ты захотела ехать на автобусе, а не на машине. Ведь и быстрее получилось бы и пахнет лучше, и никто не толкается.
Про себя я заметила, что меня и так никто не толкал, но ему ответила другое.
— Я уже говорила, что боюсь оставаться с тобой наедине. У меня есть на это право! Слышишь? Так что перестань вести себя, как идиот и пошли. Или ты пойдешь туда, где тебе место?
Кажется, он меня сейчас просто прибьет! Благо лесочек совсем рядышком.
Минут на пять воцарилась тишина, нарушаемая лишь пением каких-то птичек и шумом дороги. Артем был напряжен до предела, словно тетива на луке. Выражение его лица тоже оставляло желать лучшего: сейчас в нем не было той неземной красоты, ого не окружал ореол величественности. Артем был зол, как сотня буйволов и суров, как высокие и неприступные горы. В первое мгновение мне стало действительно страшно, и я машинально сделала шаг назад, боясь попасть под горячую руку к местному красавчику.