Потом в огороде она увидела длинные грядки, совсем как в хозяйстве муллы-абзы из её детства, постояла немного, предаваясь милым воспоминаниям, и прошла в сад. В воздухе был разлит нежный, чуть уловимый аромат смолы. Этот запах пробудил в душе Сагадат ощущение молодости, новых надежд. Она внимательно осмотрела вишнёвые деревца, высаженные вдоль ограды, кусты малины на другой стороне, яблони между ними – всё было ей близко, словно встретила дорогих родственников.
Душа Сагадат наполнилась радостью. Она попала в мир, который был ей родным, который жил в ней всегда и который она лелеяла и берегла в себе. Мрачные мысли, одолевавшие её в последние дни в городе, были забыты, на душе стало светло и спокойно. Обо всех своих впечатлениях и чувствах она рассказала Габдулле, и его тревоги и печали тоже немного развеялись. Не столько слова, сколько радостное возбуждение Сагадат подействовали на Габдуллу. Он вдруг увидел, как славно вокруг, как лучисто весеннее солнце, как звенит капель, журчат талые ручейки. С тёплым чувством наблюдал он за ребятишками, игравшими в снежки. Мало-помалу городские переживания отпустили его, отошли на задний план. Впервые после смерти матери Габдулла и Сагадат почувствовали себя здоровыми, молодыми, полными счастливых надежд. Ощущения эти усиливал светлый весенний день, пробуждающаяся природа. Они радовались, что смогли проститься с прежней жизнью. Благодарные своему счастью, не заметили, как вернулась к ним любовь – они обнимались, целовались, а потом обнимались и целовались вновь. Эти объятия и поцелуи не были похожи на прежние – были слаще, дарили новые, неизведанные раньше удовольствия. Оба радовались, что любят друг друга, и клялись, что теперь уже ничто и никогда не разлучит их.
На второй и на третий день после их приезда погода стояла отличная, было так тепло, что снега во дворе превратились в мягкую снежную кашицу. В низинах собиралась вода. Лёд в Идели затопило водой. В саду пахло почками, молодыми листочками, с каждым днём всё больше чувствовалось приближение лета.
Вот уж и скворцы прилетели. Угнездившись, они завели звонкую песню, в которой рассказывали о долгом своём путешествии, о том, что видели сами, что было с их друзьями. Травка на дальних прогалинах стала ярче. Коровы, почувствовав запах свежей травы, мычали, просясь на волю. Козы украдкой, чтобы не видели хозяева, перепрыгивали через изгородь и уходили к риге. Снега на полях чернели и постепенно исчезали, природа всё более и более окрашивалась в зелёный цвет. Тёплый ветер доносил запах сырой земли и травы. Льды, покрывавшие Идель, с шумом ломаясь, не спеша поплыли по течению. Весна окончательно воцарилась повсюду. Вскоре на реке показались пароходы. Поравнявшись с дачей Габдуллы, белый пароход протяжно прокричал: «Здравствуйте!» Почки на черёмухе в саду лопнули и показались крохотные листочки. Усадьба наполнилась дивными запахами. Деревья друг за другом начали распускать листья.
Но вот небо затянула туча. Всё вокруг внезапно погрузилось во мрак, оглушительно загрохотал гром. Перекаты грома сопровождались ослепительными всполохами молний, по чёрному небу беспорядочно метались яркие полосы света. Вспыхнула молния и следом раздался устрашающий треск. Одновременно по крышам забарабанили крупные капли дождя. Возле дома с северной стороны ещё оставались последние снега, но после дождя исчезли и они. В рытвинах собралась вода. Утки тотчас стали деловито плескаться в ней. Небо очистилось, и снова засияло солнце. Зелёный наряд лугов и лесов стал ещё пышнее. В окна вливался свежий, наполненный ароматами воздух. Пришло лето.
Сагадат с Габдуллой стали ждать из города Мансура. Вскоре, сдав экзамены, появился и он, нагруженный книгами. Жизнь Габдуллы и Сагадат стала разнообразнее. Мансур привёз из Казани много новостей и ещё больше литературы. К их радостям прибавилось ещё и удовольствие от чтения книг. При этом Мансур много рассказывал о назначении литературы, поясняя, чем рассказы отличаются от романов.