Глава 3
В преддверии новых неприятностей
(Настя)
В столовой собрались все девочки с параллели, а их было не так и много. Всего два экспериментальных класса, недостаточно ребят, чтобы организовать незабываемый осенний бал, но наши затейницы не унывали.
Задание от директора лицея многие приняли с энтузиазмом, а речь нашего куратора – Максима Юрьевича о том, что мероприятие сплотит разновозрастный коллектив, подтолкнуло Николь и ее «подпевалочек» к активным действиям. В столовую созвали и парней, чтобы решить вопрос с музыкой. Активно обсуждалась тема предстоящего бала и, конечно, наряды. Парни со скучными минами слушали Николь, которая всем заправляла. Ее подружки Алина и Эля-Ангел (иногда ее еще называли феей за незабудковые глаза в пол лица и розовые губки бантиком) записывали в крохотный блокнотик имена всех присутствующих. И кому-то очень не поздоровилось отсутствовать сейчас в столовой.
-Так, запиши всех, кто придет на бал, составим список пар, - вдохновенно закатывала глаза Нина. К середине октября, когда до бала оставалось всего две недели, она стала совершенно неуправляемой и всех достала с темой грандиозной вечеринки. Решили остановиться на костюмированном балу, посвященном Серебряному веку русской литературы, то бишь, концу девятнадцатого и началу двадцатого веков. Преподавательница по русскому и литературе пришла в восторг от подобной идеи, а меня скрутило от приступа малодушия.
«Где брать платье в пол? Неужели просить маму?»
От одной только этой мысли стало плохо, поднос в руках дрогнул и в этот самый момент на меня налетел Мирослав Голицын, опрокидывая тарелку супа на мой шерстяной костюм.
-Эй, подстилка, куда прешь? – бросил грубо один из его прихлебателей, а Мир остановился, чтобы облить меня потоком уничижительной речи.
-Как тебе кличка, Настенька, подхваченная ими с моей подачи? – его горячий шепот шевелил волоски у меня на затылке, отчего хотелось реветь и материться одновременно. С той самой вечеринки у Юры, куда мы с Кариной пошли первого сентября, за мной и закрепилось это «миленькое» прозвище.
-Пошел ты! – дернулась я в сторону женского туалета, провожаемая всеобщим улюлюканьем. Даже Графин – Анька Графова, нормальная, по сути, девчонка, которая сидела со мной на химии, смеялась вместе со всеми. Обидно до обжигающих искр перед глазами и не сбежать! Отец дал четко понять, что проплатил за год вперед и провала моего не потерпит. Я ругалась, умоляла маму, пыталась рассказать о том, как надо мной все издеваются, однажды даже попросила родительницу перевести меня университет на подготовку к поступлению, но она категорически отказалась.
-Все ради твоего успешного будущего, милая. Папа нам зла не желает! - повторяла она, как заговоренная. - Этому мальчику ты просто нравишься, а он и не знает, как к тебе подступиться.
"Вот, наивная. Да, такой "мальчик", как Мирослав Голицын уже давно поимел всех «девочек» в свободном доступе, на кой я ему сдалась? Только для тычков, пинков и издевательств! Ну, или шутки ради разослать случайный снимок всем ребятам из класса с подписью: "Следующая в очереди на мой х...й!""
Странно, но иногда мне вдруг казалось, что Мир - нормальный парень, обиженный жизнью, но такие редкие моменты "нормальности" быстро проходили. На людях он становился популярным любимцем всея публики, глядя в мою сторону диким обжигающим взглядом, а наедине не переставал третировать меня и доставать обидными словами.
Из туалета я вышла в белой футболке и черных обтягивающих леггинсах, хорошо, что физкультура третьим уроком. Облитая супом форма отправилась в мусорное ведро.
«Разорюсь на новую блузку и юбку, - думала, закусив губу от обиды. – Кому я пытаюсь доказать, что сильная и все выдержу, когда вокруг всем плевать?»
Мир ждал, прислонившись к стене, и на долю секунды я поймала на его лице выражение раскаяния. Ах, нет, показалось!
-Дура, почему ты всегда путаешься у меня под ногами? – сорвал он на мне свою злость.
"Очередная девчонка не дала или что там у нас по плану? Что ни день, то он все злее и злее!"
Я уже привыкла к его гавканью. Громко лает, но не кусает! Я молчала.
Мир уже сделал из меня посмешище, разослав всему классу фотку, где Юрка пытался облапать мою попу. Юра напился на той вечеринке и стал приставать, а кто-то из ребят посмеялся и сфоткал. Не знаю, как Мир раздобыл фотографию, но прозвище «подстилка» укрепилось за мной сразу. Его дружки только и ждали момента, чтобы зажать меня в углу и глумливо предложить нищенке подзаработать ротиком.