-Боже, Мирослав, мы должны ее спасти, - лепетала я, обезумев от страха за несчастных девушек. Четыре комнаты и в каждой по жертве. Связанные, скрученные по рукам и ногам в нелепых позах, они находились в полном распоряжении извращенцев, круживших вокруг них, как мотыльки, вокруг жаркого пламени.
-Им нравится, Настенька, - прошептал Мир, - не порть людям кайф, - скривил он губы и посмотрел на меня, как на тупую малолетнюю дуру, а я снова перевела взгляд на зареванную девушку. Парень поглаживал ее между ног, а она продолжала дергаться и стонать, глотая слезы. Вряд ли так девушка выражает то, что Мир называет «кайфом»!
-Что он с ней сделает? – дергала я края платья и сминала в руках шерстяную ткань. – Он ее изнасилует, да?! – мое «да» звучало, как истеричное всхлипывание, и я уже практически вскочила на ноги, чтобы искать вход в эту пыточную камеру, когда двери лифта распахнулись и в коридор вышла солидная пара – мужчина с седой густой шевелюрой и женщина лет шестидесяти в дорогущем пальто и на шпильках. Они чинно прошли к следующему диванчику, не обращая на нас никакого внимания, и опустились в него, переплетая руки и полушепотом обсуждая тех, кто находился в пыточной камере номер два. Я зажала ладонью рот, пока Мир сидел и наслаждался происходящим, не отлипая взглядом от девушки и парня, продолжавших свой танец страсти на странном деревянном приспособлении.
-Ой, - я пискнула, когда парень по ту сторону стекла опустился на колени и расположил свою голову между ног привязанной и распятой жертвы. Помедлив всего секунду, он коснулся языком ее самого интимного места и принялся его вылизывать с таким ожесточением и судорожным дерганьем, что девушку подкидывало вперед. Кляп мешал ей кричать, и она давилась криками, а я больше не сопротивлялась жару, хлынувшему в мое сознание. Горячие волны набегали мурашками и сосредотачивались внизу живота, между ног стало так мокро, что я с силой перекрестила ноги и запахнула полы пальто, в глазах пекло от непролитых слез. Пока Мир все смотрел и смотрел, я теряла прошлую себя и обретала настоящую. Мне казалось, эта сцена насилия над распятой девушкой, пачкает меня, уничтожает, раздирает на куски, а Мир вдруг резко переместил свою руку на мое колено. Я не выдержала и вскочила на ноги, а парень за стеной в этот момент встал в полный рост и вошел в девушку, сжимая пальцы на ее шее. Он двигал бедрами и стонал – низко и хрипло, как животное, а девушка вторила ему, несмотря на кляп во рту.
Я отвернулась и сквозь пелену слез побрела к лифту, дверцы которого в очередной раз разъехались в разные стороны. Не успела я разглядеть, кто на этот раз посетил третий этаж, как Мир оказался рядом, загораживая меня своим крупным телом.
-О, привет! – услышала я голос Кирилла и похолодела. Тошнота подступила к горлу горькой слюной, а пьяный голос Кирилла стучал набатом в висках. – Привел сюда цыпочку, Мир? Познакомишь?
-Нет, Кир, эта цыпочка – эксклюзив. – Ответил Мирослав, продолжая прижимать меня к груди и не давая двинуть головой. – Иди, куда шел, все самое интересное только начинается.
-Голицын в своем репертуаре! Когда ты научишься делиться телками, Мир? Хотя, я никогда не понимал, зачем тебе девочки, если ты их не трахаешь или эта – ик… исключение? – пьяно икнул Кирилл, чье дыхание я вдруг почувствовала на моем затылке. – Знакомая какая-то цыпа, - промычал он, стараясь ухватить меня за запястье. - Кто она?
-Еще раз дотронешься до нее, и я сломаю тебе руку, - произнес Мир таким голосом, от которого у меня подогнулись колени. Жесткий, стальной, многообещающий.
-Пошел ты! – Кир грязно и матерно выругался, звякнув бокалом или донышком бутылки о стену. То ли он упал, то ли приложился о преграду на пути, я не видела, потому что Мир тащил меня куда-то в сторону от лифтов. Мы обогнули коридор и ввалились в дверь с надписью «Exit». Ступени я считала на полном автомате, а, оказавшись снаружи, вырвалась из рук Мира и заревела. Белугой!