-Настя, возьми, - позвал меня Мир, отвлекая от серых тягучих мыслей. Я на автомате протянула руку и развернула листик, вырванный из блокнота. К моей надписи «факультет иностранных языков» Мир приписал жирной черной пастой «Академия ФСБ России» и поставил три вопросительных знака, а я зависла. Серьезно, пару минут бестолково пялилась на его кривые каракули, пытаясь понять, чтобы это значило?
«Мир хочет, чтобы мы вместе учились? Он пытается мне что-то сказать, раскрыть, поделиться своей тайной?»
Я посмотрела на парня и пожала плечами, а он прошептал «ничего» и удрученно повесил голову, вытянув в проход длинные ноги, затянутые темной джинсой. Теперь я залипла на его фигуре, каштановых густых волосах, снова вившихся на концах, и тонком профиле. Загадка под названием «Мирослав Голицын» никак не хотела решаться.
На перемене Анна Павловна разрешила нам выйти в коридор, чтобы помещение проветрилось, но следующие полчаса она попросила остаться в компьютерном классе для того, чтобы откровенно поговорить с нами.
-Побеседуем о вашем будущем, - загадочно сообщила нам русичка тему предстоящих посиделок, и Максим Юрьевич – мой нелюбимый препод, сменил пост, ввинчиваясь в мозг своими занудными речами.
-Мы столько сил и энергии тратим на ваше образование! Вы и сами много трудитесь, чтобы оправдать звание лучших лицеистов, готовых к поступлению в престижные ВУЗы… Бла, бла, бла…
Я протянула руку и нашла пальцы Мира. Так мы и сидели всю долгую занудную речь Максима Юрьевича, после чего разбрелись по кабинетам. Графин убежала на дополнительный английский, и я мельком заметила, что Кирилл догнал ее в коридоре, приобняв за талию. У этих двоих отношения похожи на американские горки, то вверх. То вниз. Не разбились бы!
-Значит, скучала? – уточнил Мирослав. Не успела я выйти из кабинета, как он снова поймал меня в кольцо рук, прижимаясь носом к макушке. -Не отталкивай меня сейчас, - прошептал он надломленным голосом. – Я вытерплю что угодно, но только не твое желание от меня избавиться.
-Я скучала, - ответила Миру, давая ему возможность осмыслить сказанное мной и удивленно заглянуть в лицо.
-С какой стати? – тут же ощерился этот придурок, отстраняясь. – За две недели успела забыть, как сильно ненавидела меня в нашу последнюю встречу?
-Я и сейчас ненавижу! – толкнула его в грудь, освобождая себе проход к столовой. – Память неожиданно вернулась!
-Настя, подожди, - Мир пошел рядом, не пытаясь прикоснуться. – У меня выдались тяжелые недели, поэтому давай начнем сначала. Я очень по тебе скучал и хочу узнать, как ты провела это время, как часто встречалась с Вадимом и когда в последний раз баловалась его коктейлями? Что тебе успела рассказать обо мне Карина, и когда моя мать записала тебя в лучшие подруги?
Я рассмеялась, поймав на себе серьезный сапфировый взгляд. Недоверие и ожидание боролись в самом Мире, выплескиваясь наружу каждой дерганой улыбкой, а я искренне пожелала его отцу смерти, как, впрочем, и своему.
-Слишком много вопросов, - ответила я Миру, пытаясь скрыть улыбку.
-Отлично, я задам один, но ты ответишь мне на него предельно честно, договорились?
Я кивнула головой, а парень утянул меня за руку в самый темный угол коридора.
-Какое на тебе белье, Настенька? – прошептал он, обжигая взглядом.
-Красивое, - ответила я в тон его низкому хриплому голосу, получая заряд волнительных мурашек по всему телу и тягучее сладкое послевкусие нашей игры.
-Когда я смогу думать о чем-нибудь, кроме твоего белья? – спросил Мир, поглаживая пальцами мой подбородок.
-Когда увидишь его? – приподняла я брови, закусывая губу, а он наклонился и прижался к моему лбу своим, дыша, как загнанный зверь. Я слышала биение его сердца, ощущала жар тела, горела одним с ним желанием понять, что происходит между нами.
-Твою ж мать, Настя, какого хрена ты так вкусно пахнешь? – прошептал он, нежно зарываясь пальцами в мои волосы, жарко шепча мое имя в макушку, пока его вторая рука блуждала по моей спине. Теперь я ловила чистый кайф, кристальное наслаждение и буйный восторг неопытной девственницы, которая впервые осознала, что такое всепоглощающая страсть. Я так хотела раствориться в руках Мирослава, так жаждала почувствовать его тело своим, что совершенно потерялась в реальности.
-Подумай о том, что я тебе написал, - отстранился Мир, а мне пришлось вцепиться руками в бортик питьевого фонтанчика, чтобы не упасть. – Пошли, перемена закончилась.