-Я слышала твой разговор с Федором, - решила я идти ва-банк, - знаю, что ты сидел в колонии для малолетних, слышала, что помогаешь мужу Арины с каким-то делом. Мне продолжать?
Мир поставил кружку и повернулся ко мне всем телом, раскрывая объятия и сгребая меня сильными руками, чтобы резко опустить попой на его колени. Он зарылся носом в мои распущенные волосы и выдохнул: громко, долго и с явным облегчением.
-И давно ты в курсе?
-Поэтапно, - улыбнулась я на вопрос Мира. – Сначала твой разговор с Федором, потом записка в школе, в который ты просишь меня поступить в Академию ФСБ, потом разговор с Кариной.
-Эта не девчонка, а сущий дьявол, - застонал Мир, продолжая прятать лицо у меня в волосах. – Вот, кого Феде нужно посоветовать в оперативно-розыскную группу. У Карины нюх, как у ищейки.
-У нее и зубы острые, - сказала я только для того, чтобы что-то сказать. Сидеть на коленях Мира, чувствовать его горячие руки у себя на талии, его дыхание в волосах и губы в миллиметре от моей шеи оказалось головокружительно. Мысли разбегались, сознание заволакивало розовым туманом, а губы покалывало от предвкушения.
-Нет, Настенька, - прошептал Мир, словно читая мои мысли, - сначала ты пьешь какао, потом надеваешь прелестный персиковый комплект белья и снова оказываешься в моих объятиях. Мы ведем длинную душещипательную беседу касательного нашего совместного будущего и только после этого страстно целуемся. Согласна?
-Мир, - стукнула я парня в плечо. – Ты все портишь!
-Чтобы соображать лучше, - он, наконец, посмотрел на меня, улыбаясь так заразительно, что я не выдержала и улыбнулась в ответ.
-Скажи, что не ненавидишь меня? – в его глазах пряталось столько затаенной боли, страха, тягучего ожидания, что я тут же отрицательно покачала головой.
-Боишься? – спросил Мир.
-Нет! – снова покачала я головой.
-Хочешь? – улыбнулся он одним уголком губ, прищуривая глаза и медленно сжимая мою талию длинными пальцами.
-Хочу сыграть по твоим правилам, - ответила я Миру, понимая, что на откровенный разговор его вытянешь только провокацией. – Я пью какао, надеваю персиковый комплект белья, и ты рассказываешь о себе все, что меня интересует.
-Идет, - согласился парень, не веря, что я способна на такой дерзкий шаг. Честно говоря, меня всю трясло при мысли, что придется предстать перед ним в одном сексуальном кружевном белье, но иначе я уже не могла и не хотела. Не потому, что наши отношения с Миром достигли того периода, когда по логике пора падать в его объятия со словами: «Я хочу тебя!», а потому, что такого периода как раз-таки и не существовало. Всю осень мы боролись с недоверием друг к другу. Я по вполне понятным причинам, а он заочно, основываясь на неверных догадках Федора и собственном подозрении. Уж, не знаю, чем так сильно насолил мой отец Мирославу, но чувства к нему перекинулись на меня.
Но теперь зима и скоро новый год! Я приготовила для Мира подарок, как для человека, который мне дорог, без которого трудно дышать и слишком много пространства в неуютном холодном и одиноком мире. Он обязан стать моим парнем!
Я схватила свой напиток и отпила горячую тягучую жидкость, кайфуя от насыщенного шоколадного вкуса.
-Тебя так легко осчастливить, - улыбнулся Мирослав, поправляя челку.
«Когда уже сходит в парикмахерскую и приведет свои кудри в порядок?»
Я зарылась пальчиками в его густую каштановую шевелюру, наблюдая, как смешинки в сапфировой глубине его глаз сменяются диким пламенем. Так хотелось слегка наклониться и прижаться своими губами к его приоткрытому рту, почувствовать его шоколадный вкус и горячий жалящий язык. Мои щеки горели, как и ладони Мира, скользнувшие с талии на спину, бесцеремонно задирающие ткань свитера вверх.
-Что ты… - не успела я договорить, а Мир выхватил из моих рук кружку с какао и одним движением задрал свитер до самой головы, сдергивая его и отшвыривая в сторону.
-Пока я держусь, но тебе не стоит играть со мной, - прошептал он низким хриплым голосом, от которого у меня кровь в жилах загустела. Теперь Мир походил на опасного мужчину с темной колючей щетиной, острым взглядом и соблазнительным движением губ. Он говорил, а я не отрывала взгляда от его рта, совершенно не смущаясь того факта, что осталась в спортивном топе. Непрозрачный и ладно! Мне скоро перед ним в одном кружеве и атласе сидеть.