— Просто прими ее, — я гладил любимую по волосам. — Хочу, чтобы ты больше никогда не плакала, чтобы твое лицо освещала счастливая улыбка, ведь она тебе так идет. Кстати…
«Я должен сказать, уж лучше сейчас, чем потом вновь бросать ее в пучину боли!»
— Отец выяснил, что у тебя было вполне неплохое наследство…
— Правда? — удивленно уставилась на меня природница.
— Да, — осторожно кивнул, — но ключевое слово здесь "было".
— То есть, — глаза любимой недобро блеснули, — ты хочешь сказать, что тетка…
И вновь ее дыхание стало частым, а пальцы сжались в кулаки.
— Она забрала деньги моих родителей себе?!
— И не только их…
— Неужели еще и дом? — на природницу было страшно смотреть. Она будто подозревала это.
— Он продан незаконно, как я понял из слов отца, поэтому, думаю, его удастся вернуть…
— Правда? — нижняя губа Элис задрожала.
— Отец сказал, что данная проблема решаема. Но пока ты несовершеннолетняя будешь жить у Дионы. Подумай насчет принятия ее фамилии…
— Нет, — мотнула головой Элис.
— Нет? — удивился я.
— Я благодарна, Лиен. Только боги знают размер моей благодарности, и мне стыдно отказываться от столь щедрого дара, но я хочу остаться дочерью своих родителей во всех смыслах.
— Но Диона предлагает тебе статус…
— Для меня это неважно, — печально улыбнулась любимая. — А тебя смущает, что я простолюдинка, да?
— Нет, что ты? — сжал ладони магианы.
«Ну что я за идиот такой?!»
— Мне абсолютно все равно! Поверь! — заверил со всей серьезностью.
— Вот такие вы, мужчины, — раздался знакомый женский голос за спиной. — Сначала скажете, а потом думаете.
— Леди Диона, — улыбнулся я. — Папа, — кивнул отцу. — Вы уже пришли.
Элис тут же низко склонила голову, выказывая уважение.
— Ну? Где там моя прекрасная новоиспеченная дочка? — улыбалась графиня, проходя мимо меня и не забывая ущипнуть за щеку. — Какая красавица, — всплеснула женщина руками, а у Элис в это время на лице вспыхнул румянец. — Эрион! Ты только глянь, какая она прелесть!
— Ваша светлость, ваше сиятельство, доброе утро! — взволнованно пролепетала природница, теряясь под пристальным взглядом моего отца. — Позвольте искренне поблагодарить вас за неоценимую помощь. Я готова отплатить за ваше добро чем угодно, только скажите.
Она вновь низко поклонилась, отчего на лице отца возникла одобрительная улыбка.
— Диона, а ведь эта девушка не так проста, — произнес он, вызывая у меня напряженность во всем теле.
— В самом деле? — обернулась на него графиня.
— Представляешь, в ее возрасте она уже умеет создавать исцеляющую сферу. Лиена вылечила…
— Отец! — шикнул я на него, бросая беглый взгляд на Элис, глаза которой напоминали блюдца.
«Ну что за болтун!»
— Вот это да! — ахнула Диона, обращая свое внимание на природницу. — Ты такая молодец! Как же тебе удалось достигнуть высшего уровня? Это ведь такой тяжкий труд.
— Она много тренировалась с самого детства! — вмешался я, понимая, что любимая места себе не находит.
— Милая, надеюсь, что ты обязательно расскажешь мне об этом, — улыбнулась графиня, — а сейчас давай знакомиться? Мое имя Диона Эль Тамон и если ты не против, то я с радостью стану твоим опекуном и верным другом…
Глава 42 Оцепенение, вызванное счастьем
Элис
— Так что теперь по всем вопросам вы можете связываться напрямую со мной, — произнесла графиня Диона Эль Тамон, стоя напротив ректора академии Риденгард.
— Я вас понял, — кивнул внушающий страх мужчина, являющийся главой этого учебного заведения.
— Да, — перехватил все внимание отец Лиена, до этого молчаливо стоящий чуть поодаль, — и что касаемо оплаты за Жюстину Мен Роут…
— Я вас понял, ваша светлость, — кивнул некромант, как и положено, одетый во все черное. — Оплата за нее перейдет на счет подопечной леди Дионы.
Лиен отыскал мою ладонь, сжимая ее и тем самым пытаясь сказать, чтобы я не волновалась так сильно, в конце концов это мои деньги, которые тетка бессовестно позаимствовала и оплатила ими образование свой пышнотелой дочки, издеваясь и насмехаясь надо мной.
Когда после довольно теплого знакомства с графиней разговор плавно потек в другом направлении, и отец Лиена рассказал, какая моя бывшая тетка жадная и хитрая гадость, то от услышанной правды я какое-то время не могла произнести ни слова, пытаясь унять бушующие эмоции.