Слушатели с кислыми минами, отхлынули от радиоприёмника.
— Кто же попытается утаить местоположение беглого преступника, — завершал объявление голос — будет заниматься укрывательством, либо каким — другим путём припятствовать поимке узурпатора, тот будет четвертован, а его семья, буде такая имеется, сослана на урановые рудники сроком — пожизненно и навсегда!
Принц приподнялся на локтях, его лицо выражало крайнюю степень негодования.
— Вот же какая сволочь! — выразился он — Предлагать награду за поимку своего законного короля — в три гроша! Да за кого они меня считают?! Да я стою дороже всего Многоземельного Королевства! Его на меня переписали, что бы в супружество заманить, к тому же всю жизнь доплачивали, да так должны и остались. Теперь самолично иду — долги выколачивать. А эти уроды за меня путёвку на курорт предлагают! Скоты! — Принц в сердцах плюнул на землю.
Король же молчал, нервно постукивая пальцами по стенке приёмника. Потом вскочил, заходил из стороны в сторону, заложив руки за спину — шаг вперёд, шаг назад.
— Мне нужно в магазин за хлебом, — неожиданно объявил он, схватил велосипед и понёс его к выходу, по пути растолкав седоков.
— За хлебом среди ночи? — удивился Принц новой причуде отца — Рехнулся ты на старости лет, что ли?
— Я всегда так делаю, — сказал Король, его чёрные злобные глазки предательски бегали — до того как его повезут в магазин, не хочу, что бы моей пищи касались руки простых смертных. Забыл что ли, как мы хлеб, прямо из машины брали?
— Не брали, а воровали, — поправил отца Принц — и не забыл, потому что мы постоянно руки обпекали, ибо не было у нас рукавиц.
— Брали, воровали — какая, в конце концов, разница? Главное результат. Если он есть, — Король, толкнув жердью, открыл дверь из землянки, напустив ещё насекомых, и выбросил из неё велосипед — спите спокойно и никуда не уходите, я скоро вернусь и, это, дам вам денег, на дорогу, — он вылез по лесенке из землянки, и, нагнувшись, снова, повторил — никуда не уходите! — после чего захлопнул дверь.
— Чуден старик! — высказался об отце Принц — Мы с ним, всего — то, один раз пытались хлебовозку обокрасть, но нас, тогда же, на месте, поймали и побили. Больше мы таким не промышляли, хотя мечтали часто. Мне папка, всё время, говаривал — вот женишься, будем, твою жёнку отправлять на промысел. Нам чужой бабы не жалко.
— Ты серьёзно ничего не понял? — не верила Зайчиха.
— А чего тут непонятного? — Принц улёгся поудобнее и заложил руки за голову — Сейчас его поймают и начистят рожу — это же элементарно. Вот же старый дурак! — Принц хихикнул.
— Это ты — дурак! — нагрубила Зайчиха августейшему собеседнику — Если до тебя такие простые вещи не доходят!
— Сама ты — дура! — обиделся Принц — Идиотка!
— Да он же поехал доносить на тебя! Разве не ясно! — Зайчиха спрыгнула со скамьи и подбежала к лестнице выводившей из землянки.
— Сама — дура! — упорно продолжал доказывать своё Принц.
Зайчиха махнула на него лапой и, взяв жердь, толкнула ею дверь — та с визгом откинулась.
— Как он не додумался запереть нас на замок? — подивилась Зайчиха такой удаче.
— Да потому, что у нас никогда такой роскоши не было, — сказал Принц — подумать только — целый замок! Ключ был, а вот замка — никогда не было.
Зайчиха взобралась по лестнице до верхней ступеньки и, медленно, прижав уши, высунула голову из землянки, вглядываясь в темноту.
— Вроде никого, — тихо произнесла она и, повернувшись к честной компании, спросила — вы идёте со мной или остаётесь?
— А я, собственно, не совсем уяснил, что случилось, — робко высказался Заяц, который, свернувшись клубочком, уже, успел задремать.