— За что мне это наказанье? — покачал головой Король — отец и накапал себе в чай сердечных капель — А хоть не сильно пьёт? — с тревогой спросил он.
— Так в том — то и дело, что вовсе не пьёт! — ответила Закатиглазка — Разве что полбокала изысканного вина за обедом, а так, ни разу в жизни, не напивался до пьяну. Это меня, поначалу, сильно насторожило. Как это — непьющий? Куда это годится? Но я быстро поняла, что с его дарованиями напиваться ни к чему. Иной запойный пьяница за всю жизнь не натворит такого, что мой Принц за один день набедокурить может.
— Ой — йой! — выдохнул Король.
— Будет вам вздыхать, — сказала Королю Королева — сами же слышали, что жених одарённый, достойная партия нашей дочери будет. Такой человек — нигде не пропадёт, коли умеет отнимать чужое.
— А как он наше отнимет? — заметил Король — Что — то вы тогда скажите?
— А вы, папинька, дайте за мной столько приданого, что бы ему, уже, не лезло, — поддержала мать Закатиглазка — тогда ему у вас ничего отнимать и не понадобится.
— Это всё ты виновата, — упрекал жену Король, на которого не действовали никакие внушения — это всё твоё воспитание!
— А что плохого в моём воспитании? — удивилась Королева — Ничему дурному я дочь не учила.
— Да? — Король — отец выпучил на жену глаза из — под золотой оправы маленьких очков, висевших у него на носу — А кто её раздавать милостыню приучил?
— В том, что мы каждое последнее воскресенье месяца, выезжали раздавать нищим подаяние, не было ничего зазорного, — оправдывалась Королева — мать, но голос её дрогнул — я же не виновата! — неожиданно всхлипнула она — Разве ж я могла различить?! Когда к нашей карете подступила толпа нищих, как и всегда, я велела страже допустить их, что бы мы
, с Принцессой, одарили их мелкой монетой. Как я могла разглядеть в толпе тех несчастных и Принца Малоземельного, он же схож был с ними, как две капли воды, так же оборван, грязен, завшывлен. Да я и слова вымолвить не успела, когда, этот жалкий оборванец, запрыгнул к нам в карету, да уселся рядом с Принцессой! Я, было, приказала, за такую наглость, бить его палками, пока, шкура не сойдёт со спины, но было уже поздно! Он, уже, успел, очаровать нашу дочь, сказав ей всего — то пару слов и, как только, стражники стали тащить его за ноги из кареты, тут — то наша Принцесса давай глаза закатывать и в обмороке биться, так что пришлось его оставить, — Королева уронила большую горькую слезу в чашку с чаем.
— Это все ваша глупость довела, — укоризненно говорил жене Король, но всё же голос его смягчался — не стоило вам, непосильно нажитое, раздавать всяким бездельникам, сброду. Вот, теперь, и получили. Да уж ничего не попишешь…
— Да я сама три ночи проплакала, — призналась мужу Королева — но вы же знаете нашу дочь, она если чего пожелает — вынь да положь, иначе глаза закатит, что нам жизнь не мила станет.
— Это да… — грустно согласился Король, и Корлева, ободряюще, сжала ему руку.
— Долго мы, ещё, этого хама дожидаться будем? — резко обернувшись к родителям, спросил один из королевских сыновей, по — видимому, самый старший.
— Действительно, это, уже, становится как — то унизительно, — поддержала его одна из принцесс — до чего мы дожили, какой — то плебей всю королевскую семью ни в грош не ставит!
Все принцы и принцессы, кроме младшей, Закатиглазки, дружно поглядели на родителей тяжёлым взгялдом, явно давая понять, что полностью солидарны с мнением старших.
Король и Королева, даже, расстерялись от такого, неожиданного, внимания со стороны отпрысков.
Закатиглазка, прикрывшись белым куполом зонтика, быстро схватила мать за плечо и прошептала ей на ухо:
— Пускай замолчат!
— Молчать! — приказала Королева детям и хлопнула веером по столу.
— Возлюбленные наши чада, — Король — отец сделал глоток чаю и, прокашлявшись, продолжил — так как родилось вас свыше сорока, то мы, с вашей августейшей матерью, приняли решение, что приданное вы будите получать согласно майоратного права, только, слегка переиначив, получателем будет не старший сын, а младшая дочь.
— То бишь, все остальные будут беспреданниками? — уточнил старший сын.
— Не нужно говорить таких некрасивых слов! — одёрнула сына Королева — мать — Вы должны понять, что если мы разделим имеющиеся для приданного земли между всеми вами, то что же тогда останется от целого королевства?
— Я полагаю, что Королевство Многоземельное настолько обширно, — вмешалась старшая королевская дочь — что даже разделив его на сорок одну равную часть, на долю каждого придётся довольно солидный куш земель.