— Дура! — хохотал Его Величество — Ты ещё зонтиком прикройся!
Золотые слитки сыпались с неба градом, выбивая воронки в сырой жирной земле, вслед за ними обрушивались обломки самолётов, и, вновь, золотые слитки!
У одной из машин слиток разворотил двигатель, следовавшие за ним, в панике, вместо того, что бы спокойно объезжать, повыворачивали на обочины, и понеслись в разные стороны, подпрыгивая на кочках и завязая в грязи.
— Идиоты! — высмеял их Король, увидев этот манёвр в зеркало заднего вида.
И был прав, вероятность попадания золотым снарядом для убегавших поперёк дороги кратно возрастала. Не прошло и пары минут, как все поддавшиеся панике, потеряв все автомобили, пытались спасаться на своих двоих, но всех их, вскорости, накрыло смертоносным золотом.
Золотые слитки нещадно громили все округи столицы, создавая из них лунный пейзаж.
Один слиток, прошил насковзь багажник королевского лимузина. Машина вздрогнула, как живая, а Зайчиха, с безумным писком, полезла под седенье к брату, пытаясь прикрыться его тщедушным телом.
Короля же золотом было не удивить — он крепко держал баранку, борода его развевалась на ветру, зубы щёлкали — глазища свёркали, он весело гоготал, наблюдая в зеркало, как разносит очередную машину из армейской колонны.
Через две — три минуты королевский лимузин влетел на столичные улицы, Его Величество ознаменовал это дело длительным зажатием клаксона.
Зайцы, поняв, что опасность миновала, выбрались из своего убежища и вертели головами по сторонам.
Сбавив скорость, они ехали по широченной дороге окружённой строями железобетонных небоскрёбов упиравшихся макушками в небеса.
Улицы и переулки были совершенно пустынны, на них не было ни души, даже в больших, с человеческий рост окнах, не была ни одного любопытного лица.
— Однако, что — то нас тут не особо встречают, — с подозрением произнесла Зайчиха, а Заяц, испуганно сглатывал слюни.
— Да кому вы нужны без меня? — Король презрительно хмыкнул и, привстав, оглянулся назад, что бы хоть на глаз, оценить примерное количесто потерь.
Великая королевская армия изрядно поредела, около одной её трети полегло под беспощадной золотой бомбардировкой, что не могло не порадовать государя, ведь, теперь можно было меньше заплатить.
— Потерь нет! — констатировал Король ущерб нанесённый армии.
— Да выходит и ты — то не сильно кому — нибудь нужен, — заметила Зайчиха — что — то я не вижу, что бы тебя приветствовали восторженные массы.
— Должно быть стесняются, — предположил Король — бояться, что я их ругать буду. Кстати, правильно боятся.
— Глядите! — воскликнул Заяц и указал на стоявшую на перекрёстке маленькую худую фигурку с толстой сумкой через плечо.
Фигуркой оказался чумазый мальчик, со стопкой свежих, только отпечатанных газет. Он сам подбежал к лимузину, подал Зайчихе один экземпляр, не спрося за это никаких денег, и, поклонившись, убежал.
Зайчиха, несколько удивлённая, развернула издание и зачла с первой полосы:
— Редакция нашей газеты спешит поздравить всех жителей столицы и всего королевства с радостным и знаменательным событием! Сегодня Его Величество Король Многоземельный, наш законный государь и повелитель торжественно вернулся в свою столицу! Ура!
— Видите, — с самым равнодушным видом сказал Король — я же говорил, что меня здесь ждёт торжественная встреча.
— Так где же встречающие? — Зайчиха поглядела по сторонам и, действительно, увидала, как построившись цепочкой, из переулка выходят какие — то люди, каждый из них держал в руках по транспоранту с приветственным лозунгом.
Это начинали подводить первых бюджетников.
Школы, профессиональные училища и высшие учебные заведения, только успели получить разнарядки и начинали гнать своих питомцев и преподавательский состав для праздничного въезда Его Величества.
Пустынные улицы постепенно заполнялись шумными толпами. Появились и милиционеры, взявшиеся за регулировку проезда, с целью обеспечить колонне королевской армии беспрепятственный проезд, и, попутно, хватавшие всех кто осмеливался открыто высказывать недовольство возвращением государя.
Отточенные социальные механизмы быстро отойдя от шока из — за внезапно сменившейся власти, завертелись в многолетнем настроенном ритме. Люди дружно выстроились по обеим обочинам дороги и, как было велено начальством, душевно приветствовали Короля.
Его Величество, с абсолютно равнодушным видом, восседал уже на заднем сидении лимузина (за рулём его сменил член рядового состава), он устало зевал, демонстрируя, как ему докучает этот всеобщий восторг от его появления.