После отбора, на котором Йонас вольде Сейдж официально станет Йонасом бал Ясмина, приняв имя и покровительство своей жены, Войниша возглавит посольство и отправится в Эрнутет — земли своих злейших врагов.
Ею двигали две причины. Во-первых, она знала свой нрав: остаться в Аксуме значило — «разжечь пожар в собственном гнезде» (аналог «наломать дров»). Во-вторых, в хагерах Хабаши начался голод. Соглашения на поставку продовольствия из плодородных низин Эрнутета были нужны стране как воздух.
Глава 9. Рэджэ́м мэ́гэдя Эшааль. (Долгая дорога в Эшааль)
Войниша смотрела на караван, груженый золотом для закупки зерна, и её рука привычно сжимала рукоять галия. В иные времена она бы с удовольствием забрала это зерно при помощи меча, утопив поля эрнов в крови, но годы командования научили её горькой правде. За все десятилетия яростного противостояния все остались при своем: хабашцы — в своих суровых горах, эрны — в своих сырых долинах. И если чему Войниша и научилась, так это тому, что интересы народа превыше всего. Поэтому она наступит на горло своей ненависти, будет улыбаться там, где хочется убивать, и привезет зерно в Хабаши. Любой ценой.
Дорога в Эрнутет была долгой, и мерный шаг Аурэ располагал к раздумьям. Войниша прикрыла глаза, отдавшись на волю верного коня. Мысли её были невеселыми.
Ясмина. Её названная сестра… Что эти недоумки сделали с ней и где она теперь?
Войниша оскалилась, и её хитин на скулах хищно блеснул в лучах заходящего солнца. Не зря она ненавидела Йонаса, ох, не зря. Она чувствовала в нем эту гнильцу еще тогда, на полигоне, за блеском бронзовой кожи и самоуверенным взглядом. Причинить вред такой милой, светлой девочке… А что вред был причинен, агажита не сомневалась. Кровная привязка — эта темная и болезненная магия — сама по себе не возникает. Она знала это по собственному опыту, по тем каплям крови, что когда-то запечатали судьбы её собственных теней-мужей.
Немного утешало только то, что мать была уверена: Ясмина жива. Сердце Серкет не могло ошибаться.
«Пусть Великая Серкет будет милостива к ней, — впервые за долгие годы искренне взмолилась Войниша, обращаясь к защитнице рода. — Пусть пошлет ей надежного защитника, верных друзей и любимого мужчину. Того, кто не предаст».
Раздумья снова вернули её в тесную спальню мужской половины, в ту ночь, которая изменила всё. После того первого раза, увидев результат «помощи» наставницы, Войниша наотрез отказалась привязывать к себе мужчин. Хайле волей-неволей приходилось сдерживать свои низменные порывы. Ей было не выгодно, чтобы правда о её кровавых игрищах вышла наружу. То, что прощалось наследнице престола в рамках «обучения контролю», могло больно ударить по самой Хайле, превратив её из почетной наставницы в обычную психопатку.
Войниша горько усмехнулась. Она отказалась от Йонаса, отдав его Ясмине, но в итоге это привело к катастрофе. Жалела ли она. Нет! Сомневаться в принятых решениях было не в характере агажиты Войниши. Её путь был выстлан не сожалениями, а сталью и кровью. А последствия… Что ж, разгребать последствия ей не впервой.
В эту поездку она дорогую наставницу с собой не взяла. В последнее время та стала совсем невыносима. Её маниакальная жажда власти стала неслабо напрягать, а неприкрытые садистские замашки вызывали отвращение. Нет, Войниша не была святой и пустить кровь рабу не считала чем-то предосудительным… Но причины у них были совсем разными. Хайле доставляло удовольствие причинять боль, ломать и калечить. А Войниша просто ненавидела мужчин. Особенно молодых хабашцев. Объяснить причину такой ненависти она и себе самой не могла, а потому молча прикрывала кровавые делишки Хайли. Потому, что Хайле была ее наставницей, старшей подругой. Она учила Войнишу крепко сидеть в седле и владеть гураде. Она прикрывала ей спину в военных стычках. С другой стороны, она питала ее ненависть к мужчинам, не пытаясь разобраться в причинах.
Отбывая в Эшааль, она не позволила наставнице остаться в своем доме, чем немало ту удивила и огорчила. Но ей было плевать.
Вместо Хайле с ней ехала Синай Менен Ибситу, с недавних пор ее тефет – доверенное лицо. Она была ровесницей Войниши – спокойная, грамотная, обладающая редким даром слышать то, что собеседник пытается скрыть за потоком слов. А главное – невероятно проницательная и лишенная того кровавого тумана, который вечно застилал глаза Хайле. Синай умела доводить дело до конца без лишнего шума и неоправданной жестокости. Сейчас Войниша не представляла, как обходилась без неё раньше. Рядом с ней ненависть к мужчинам не исчезала, но становилась холодным, управляемым инструментом, а не слепой яростью, которую так умело раздувала наставница.